Страница 58 из 128
Он должен спланировать следующий год идеально. Остался у него один туз в рукаве — артефакт, оставшийся от военных экспериментов с магией инверсии. Он содержал в себе отпечаток личности Тома... и мог сыграть важную роль. В организации Всеобщего блага. И в реализации плана Братства Теней.
* * *
Вот и завершился этот беспокойный учебный год — к великому облегчению Беллы. Большинство событий в школе, по правде сказать, мало её касались. Но всё равно было ощущение, будто всё напряжение, сгустившееся в стенах Хогвартса за последние месяцы, наконец-то рассеивается — как туман, отступающий перед первыми лучами летнего солнца.
Теперь, когда экзамены остались позади, Белла вместе с одноклассницами ехала в зачарованной карете к станции Хогсмид. Карета слегка покачивалась на ходу, скрипели дверцы, а за окнами проплывали последние виды гор, обрамлённых зеленью июня. Воздух был тёплый, наполненный ароматами трав, пряных спор папоротников и едва уловимого флерда лесной магии.
В их купе в Хогвартс-экспрессе вскоре подсели Мораг, Пэнси и Гермиона. Девочки, откинувшись на мягкие спинки кресел, моментально оживились, обсуждая всё, что произошло в последние недели — от преподавателей и итогов экзаменов до тайных слухов и весьма недетских домыслов.
— Белла, а чем ты всё это время занималась в библиотеке? — с любопытством спросила Гермиона. — Ты брала такие книги, по которым нас не обучают…
Теперь Грейнджер выглядела уже как полноправная участница волшебного мира: аккуратно заплетённые волосы, чистая мантия с вышитым гербом факультета, лакированные ботиночки и в голосе уверенность.
— Выполняла задание наставницы, — спокойно ответила Белла. — С этого лета я начинаю обучение целительству. Мэгвин сказала, что мне уже пора.
Раздался коллективный вздох — и, пожалуй, капелька зависти.
— Повезло тебе, — сказала Пэнси, качнув ножкой. — Целительский дар — редкость. И, кстати, у Поттеров раньше никогда не встречался. Они же… ну… наоборот, кого-нибудь проклясть или на кладбище прогуляться. Ты понимаешь.
У Гермионы глаза округлились.
— Ты хочешь сказать, семья Героя Света — некроманты?
— А ты не знала? — удивилась Пэнси. — Это у нас у всех известно. Чистокровные с детства такие вещи слышат.
— Я маглорожденная, — спокойно напомнила Гермиона.
— Ну да, верно. Спасибо, что напомнила, — усмехнулась Мораг. — А то мы тебя воспринимаем как свою: ты всё схватываешь, феминизм не пропагандируешь, выглядишь прилично — как младшая из молодого рода, может, полукровка. Райвенкловцы тебя точно приняли как родную.
Гермиона немного смутилась, но, похоже, слова Мораг ей польстили.
— Ой, девочки, что я вам сейчас расскажу! — с энтузиазмом воскликнула Сьюзен, обернувшись через плечо. — Тётя поведала такое… В Запретном лесу нашли гнёзда акромантулов! И оказалось, что старейший самец — питомец Хагрида. И мало того — он ещё и самку ему притащил, чтобы не скучно было. Теперь по всему лесу расползаются гнёзда. Министерство передало контракт Гильдии охотников на отлов и ликвидацию всех этих тварей.
«И на торговлю ингредиентами», — с невысказанной иронией подумала Белла, внутренне поздравляя неизвестных ей магов с прибыльной работой. Паучьи железы, панцири, яд — на этом можно разбогатеть.
Сьюзен тем временем не умолкала:
— Хагрида официально приговорили к двум годам Азкабана, но сразу же амнистировали. Только вот запретили ему занимать любую должность в школе. Теперь он будет жить в хижине где-то у подножия гор, с другой стороны Запретного леса. А директору теперь придётся искать нового лесника.
Белла нахмурилась. Хагрид, при всех своих странностях и мешковатости, был злом знакомым. А вот кто придёт на его место — оставалось только гадать. С её точки зрения, мало что могло стать лучше.
Пэнси пустилась в пересказ школьных сплетен — кто с кем поругался, кто у кого списывал, какие слухи ходят о преподавателях. Мораг взялась рассказывать о будущих курсах, экзаменационных баллах и новом учебном плане. Ханна внезапно увлеклась темой мальчиков — кто на кого смотрел, кто кому нравился. А Белла… Белла сидела у окна и молчала. Она смотрела, как вдалеке рассыпается золотистая пыльца закатного света, стелющаяся по вершинам деревьев. И думала.
Она всё чаще ловила себя на том, что не ждёт от людей ничего хорошего. Что стала слишком циничной. Что всё чаще видит в людях слабость, жадность, лицемерие — и всё реже верит в искренность. Может, это возраст. А может, наследие.
Мысли перескочили к предстоящему лету. Надо будет навестить тётю — с Рождества не виделись. Тогда Дурсли ещё готовили дом к продаже и переезжали в Корнуолл, где Вернон купил небольшую гостиницу у самого моря. Интересно, как они там — без магии, но в окружении первозданной магической земли?
Так, в разговорах и мыслях, поезд мягко затормозил, приближаясь к платформе 9¾ — магической части вокзала Кингс-Кросс. Купе наполнилось суетой, девочки натягивали мантии, поправляли волосы и собирали сумки. Поезд заканчивал своё путешествие, но впереди у каждой начиналось новое — уже за пределами школы.