Страница 142 из 191
Глава 31, Три пугающих и важных слова
Глава 31, Три пугающих и важных слова
Майя
Немасина — удивительно красивое и мирное королевство. Оно не было таким идеально прилизанным, как Эсмирина. Больше напоминало средневековье, как и столица Каншира, только без набора средневековых минусов: грязи и запаха. Тут было чисто, уютно и как-то душевно, что ли. Люди не пугали мрачными или заносчивыми лицами. Они были спокойны и доброжелательны к случайным прохожим. Знала бы, что здесь столь приятное место, сразу бы отправилась сюда, не тратя время на Нербинию и душевные метания там.
Кстати, о Нербинии и последствиях её посещения. Анорас снова напросился с нами. Он умудрился доказать подводному королю, что может оказаться полезен. И хотелось бы поспорить, но в Разнаде от него пусть немного, но польза была. Не хочу представлять, что бы было со мной, когда искала Риаса, не окажись Анораса рядом с его знанием этого мира и города. Нас парень заверил, что мешаться не будет. Его стремление оправиться с нами обусловлено желанием хоть ненадолго почувствовать себя человеком, ходящим на своих двоих, насладиться солнцем и небом над головой. Удивительно, но я ему верила. Знакомы мне эти чувства и желания. Сама о подобном мечтала, когда только попала на Саморит. Да и не раздражает он меня уже. Так, парень и парень, не друг и не враг. Словно всё с ним связанное было с кем-то другим или в иной жизни.
Здесь, кроме прогулок, удовольствия ради я твёрдо решила заняться тем, чем должна была ещё в Каншире, — сбором информации. В первую очередь меня интересовало: насколько свободны могут быть женщины на Саморите? Отличаются ли их права и обязанности в разных королевствах? Реально ли женщине вообще иметь собственное дело или здесь, как в нашем средневековье, махровый патриархат, лишь чуть мягче?
Для этого я отправилась в центральную библиотеку Немасины. Долго объясняла библиотекарю, что меня интересует. Получив стопку книг, оплатила их аренду и села за изучение.
Угробила на это почти три дня, и чем больше читала, тем сильнее портилось настроение. Юридически женщина, особенно вдова, может иметь своё дело. Никаких законодательных ограничений для этого нет. А вот по факту… Нашлось много историй и описаний, из которых ясно следовало одно: всем плевать, если у женщины есть какое-то маленькое дело. Лавка торговая, например. Но если всё серьёзнее и дело становится действительно доходным, а за ней не стоит влиятельная семья или не менее влиятельный мужчина, то женщину «мягко» просят поделиться долей бизнеса. Как правило, большей. А то и вовсе находят способ забрать всё. Прям рэкет девяностых какой-то.
Получается, даже если мама Риаса сможет организовать «клуб любителей карт» и дело выгорит, то всё зря? От обиды всё сжималось внутри. Дурацкий мир, где женщине уготовано всегда быть где-то на вторых ролях. Дурацкие мужики, готовые на всё, лишь бы не пустить женщин в большой бизнес.
Анорас, услышав мои возмущения, ничуть ими не проникся. Лишь плечами пожал, мол, это мужской мир, и до меня всё всех устраивало. Не верю я, что прямо все женщины довольны таким положением дел. А даже те, кто не видит в подобном ничего плохого… Их так воспитали, они и не задумываются, что может быть по-другому. Ну и добил он меня фразой:
— Женщины должны стремиться выйти замуж и детей рожать, дом вести, а не играть в деловых.
Хотелось вцепиться ему в лицо. Шовинист несчастный! Умом я понимаю, он во многом прав. И я ничего не имею против замужества со всеми вытекающими, если это для человека и есть счастье. Только что мне делать, по мнению Анораса? Не представляю я себе серьёзных отношений с мужчиной, а значит, и для брака я не пригодна.
Риас не фонтанировал таким шовинизмом, но, как мне кажется, тоже не совсем понимал моего расстройства. Сначала пробовал утешать. Потом глубоко задумался и выдал:
— Давай я буду тем мужчиной, кто будет стоять за тобой.
— В каком качестве? — спросила я без малейшего энтузиазма.
— В качестве друга и делового партнёра, — развёл он руками.
В его словах была своя доля истины. Где я ещё найду кого-то, кто захочет меня прикрывать от остальных желающих получить денег, а то и дело нахаляву? И дело даже не в том, что мне жалко делиться. Просто обидно. Получается, сама по себе я мало чего стою и могу добиться.
— Подумай сама, Майя, — продолжал убеждать Риас. — Так ты избавишься от риска, что кто-то пожелает наложить лапу на твоё детище. Получишь поддержку властей королевства, в котором решишь обосноваться. Сможешь наложить монополию на карты и игры с их помощью. То есть, игорные дома не смогут использовать их для своего обогащения. Понятное дело, пробовать будут, и подпольные заведения — вечная беда, но со взимаемых штрафов тебе тоже будет доход. Всё же поддержка целого подводного королевства не будет лишней.
— Да я понимаю, — отозвалась излишне нервно. — Просто… Обидно. Знаю, это невероятно глупо, но у нас на Земле распространён книжный жанр попаданцев в иные миры. И все они, попаданцы эти, оказываются чем-то особенными, имеют необычайные способности или мозги словно энциклопедию, благодаря которым легко выдают рецепты изготовления разных новых для мира составов и механизмов. И тут я сама, как героиня такой книги, попаданкой оказалась. И что же я? А ничего! Ни способностей, ни особых знаний. Просто ноль. Бесполезная серость. Всё, чем могу запомниться, — карточные игры, и то лишь потому, что странным образом здесь такого нет. Тоже мне, достижение. Но и тут без чужой помощи я ничего не могу.
— Прекрати, — нахмурился он. — Ты не серость, и уж точно не бесполезная. Ты удивительный человек, Майя. Знакомство с тобой заставило меня на всех людей взглянуть иначе, а не как на врагов и сухопутных паразитов. С тобой интересно общаться, ты наполнила мою жизнь смыслом, когда я утратил уже не только ориентиры, но и самого себя. Может, прозвучит слишком пафосно, но ты мнеменя вернула, не позволив скатиться до уровня злобного сумасшедшего.
Что ответить на такое, я просто не знала. Слишком это… Словно я не проклятие для него, умудрившееся стать другом, а чуть ли не главная жизненная ценность. Как-то пугает подобное.
Прогулка по столице Немасины была приятной, отдавалась теплом на душе. Светило солнце, щебетали птицы. Красота! Но был и свой минус — всё было слишком степенно. Настроение было каким-то шальным, душа требовала праздника. И будь я на Земле, проблемой бы это всё не стало, но это Саморит с его дурацкими правилами.