Страница 105 из 191
Глава 23, Про ответственность и преследование
Глава 23, Про ответственность и преследование
Майя
Что такое настоящий стыд, я узнала на следующий день после столкновения с отречёнными и своей истерики. Это столкновение с ними… Одно их упоминание наполнило страхом до краёв. Я безумно боялась повторения. Бегства Риаса, который вполне мог это сделать, о чём сам сказал, и новой встречи с подонками лицом к лицу.
Признаться откровенно, я почти не помню самого столкновения. До встречи сознание уже мутилось от ужаса, а стоило мне увидеть этих тварей, как всё. Меня просто не осталось. Мной всецело завладела ПАНИКА. Слепая, бесконечная, в миг превратившая меня в обезумевшее от ужаса животное.
Риас не сбежал, как я боялась, он дал отречённым бой и победил, заплатив за это собственной кровью. Мой приступ паники был столь силён, что ему пришлось идти на крайние меры, чтобы достучаться до меня. Он меня поцеловал. Изумление от его поступка было таково, что пробило даже мою фатальную панику. И за этот свой поступок он тоже заплатил болью. Метка клятвы, проступившая на руке, выглядела ужасно, и мне пришлось спешно заявить, что я не против случившегося.
Осознание, что всё позади, что эти твари мертвы, вызвало монументальное облегчение, и оно выплеснулось потоком слёз. Когда плыли домой, я цеплялась за Риаса, будто он был единственным в мире, последней надеждой выжить и не сойти при этом с ума. И мне было совершенно безразлично, насколько он при этом одет. Куда больше меня беспокоили его раны.
Всё время, что мы добирались до дворца, у меня текли слёзы. Продолжили они течь в самом дворце. Отвар, который выдал мне тат Повасин, не больно-то помог. Оказавшись в собственной комнате, продолжила лить слёзы. Они текли и текли, совершенно не желая останавливаться. Словно кто-то повернул внутри меня вентиль, при этом сорвав резьбу.
Собственная истерика быстро утомила. Пекло глаза, болела голова, но мне никак не удавалось успокоиться. А потом приплыла она, королева-мать. Вместо ожидаемых упрёков, ведь пострадал её сын, Диалара обняла меня, как ребёнка, и произнесла:
— Поплачь, Майя. Слёзы очищают душу, вымывают страх, боль, горечь. Потому поплачь, девочка, чтобы войти в завтрашний день обновлённой.
От её объятий, тихих увещеваний, что всё будет хорошо и мне больше нечего бояться, стало только хуже. Слёзы, до этого момента текущие неспешно, хлынули водопадом. Тихая истерика переросла в полноценные рыдания. А Диалара всё так же продолжала меня утешать. Обнимала и гладила по голове, как маленькую.
У меня никогда не было матери, я не знаю, что такое материнское тепло, но в тот момент я отчётливо его ощутила. Грелась в нём, желая запомнить это чувство навсегда. Как уснула, сама не помню, а по пробуждении испытала лютый стыд за свою слабость.
С Риасом всё было в порядке, и мне сразу стало легче. Куда сильнее меня изумило открытое страдание в его взгляде. Он просил прощения и был искренен, как никогда. Простить? Не знаю, как. Хочу, но не умею. Потому сказала ему иное. Правду. Если бы не он, меня бы сейчас уже на свете не было. Пережить подобное второй раз я бы не смогла. Не вынесла бы.
Жизнь стала налаживаться, эмоции притихли. Приглашение Риаса заглянуть к нему в комнату восприняла спокойно. Я лично видела, как жёстко может карать клятва, потому знала, опасаться мне нечего. Да и не будь её, не верю, чтобы Риас сделал что-то такое. Он бы не стал меня принуждать, не стал домогаться и уж тем более насиловать. Особенно с учётом его отношения к межрасовым связям.
Если у меня была пусть довольно уютная, но только комната с санузлом, то у Риаса настоящие апартаменты. Несколько комнат, соединённых с друг другом и выдержанных в чёрно-бело-синей гамме. Довольно строго и лаконично. Этакие мужские комнаты.
Предложение сыграть в карты и наличие ещё одной колоды меня удивило. Я думала, единственная колода в океане у меня в комнате, оказалось, нет.
— Да ты прям картёжник, — хихикнула я.
— Мне нравится это развлечение, — пожал Риас плечами. — Твои карты это нечто новое, необычное, и оттого интересное.
Играть мы решили в «пьяницу». Игра шла с переменным успехом. А потом наше рандеву прервал стук в дверь. Не ожидавший подвоха Риас распахнул её, и в комнату просочилась эта Асморина, или как там её. Явилась она не просто так, а с объявлением, что Риас вскоре станет отцом.
Никогда ещё мне не доводилось видеть в его глазах столько страха и отчаяния. Перспективы повергли его в такой ужас, что я невольно прониклась к нему сочувствием. Понятия не имею, он в принципе боится стать отцом или его страшит ребёнок именно от этой руалсы, но я решила ему подыграть. К тому же, в самом деле, когда они там переспали? Дня три назад? Не рановато ли для подобных заявлений?
Риаса ничего не смущало в сроках, значит, руалсы способны определять беременность сразу? Он сам подтвердил — девица в положении, хотя во время их встречи не была. И заклинанием против зачатия озаботилась. Риас пребывал в отчаянии и за идею, что его отцовство факт не подтверждённый, зацепился, как утопающий за соломинку. А вот руалсе сама идея проверки пришлась не по душе, что заставило лишний раз усомниться, что автор её интересного положения Риас.
Да даже если и он, то что? Он, очевидно, совсем не желает иметь с ней что-либо общее. И тогда я решилась на форменное безумие — сама поцеловала Риаса и объявила себя его невестой. В шоке были все: девица, Риас и я сама. Зато подействовало — хвостатая баба убралась восвояси, пылая яростью, давая Риасу время привести в порядок мысли и понять, как быть. Пришлось сразу уточнить, что ни в каком виде на него не претендую, а то надумает ещё себе лишнего.
— Боги, — простонал он, обхватив голову руками, — если она в самом деле беременна от меня? Что мне делать?
Не знаю, спрашивал ли он меня или просто задавал вопрос абстрактно, но решила всё же ответить.
— Если ребёнок твой, то придётся нести ответственность.
— Жениться на Асмориане? — взвился Риас. — Да лучше сразу нырнуть в гиблую впадину!
— Кто говорит про женитьбу? — удивилась я такой категоричности. — Признаешь ребёнка, будешь помогать в обеспечении и воспитании, или как тут у вас принято.
— Да, — отозвался он потерянно. — Ты права. Наверное.
— И вообще, пусть сначала докажет твоё отцовство, — попыталась я его ободрить. — Не зря же ей так не понравилась идея с проверкой.
— Точно, — чуть воспрял Риас духом.
— Как понимаю, вы когда-то встречались? — решила я прояснить для себя ситуацию.