Страница 23 из 101
— Да ты вообще знаешь другие анализы? — возмутился Евгений. — Кроме этих ты ничего так и не предложил!
Я в это время обдумывал ситуацию. У Шуклина вполне мог созреть новый план, как подставить Болотова. И поэтому он против всего обследования. А может быть, он действительно не самый умный интерн в отделении.
И то, и то возможно с одинаковой вероятностью.
В чём-то Шуклин прав. Изначально гипертоническая болезнь ставится обычно в поликлиниках при нескольких явках пациента с повышенным давлением.
Критерии там строгие, если один раз давление поднялось — это ещё ничего не означает. Должно быть три явки с давлением, плюс самостоятельное ведение дневника давления пациентом.
Но если гипертоническая болезнь всё-таки есть, то обследование надо проводить обширное.
Для определения поражения органов-мишеней и для оценки состояния сердечно-сосудистой системы. А это и ЭКГ, и УЗИ сердца, и УЗИ брюшной полости и почек. Моча по Зимницкому, проба Реберга. В общем, список внушительный.
— Насколько я помню, у вас супружеская пара, — проговорил я. — У них двоих давление?
— Да, — кивнул Болотов. — И оба а-аристократы. Их надо тщательно обследовать.
Не считаю, что врач должен как-то по-особенному лечить аристократов. Якобы лучше, чем простолюдинов.
— А жалобы на давление у них давно? — уточнил я.
— Г-говорят, уже несколько месяцев, — ответил Евгений. — А т-там не знаю, может, и раньше были, они не мерили.
— Тогда прав ты, — подытожил я. — Их надо тщательно обследовать.
Болотов торжествующе взглянул на Шуклина, но тот этого даже не заметил, так как лежал с закрытыми глазами.
— Костя! Женя! Паша! — в ординаторскую вбежала Тарасова. — Помогите!
— Что случилось? — первым быстро отреагировал я.
— Там по отделению, — выдохнула Лена, — бегает голый мужчина!