Хранитель Замка. Дилогия

Глава 2

Мы выскочили во двор. Знакомый парень из бригады лежал на траве возле строительных лесов. Лицом вниз, руки раскинуты в стороны. Я сбавил с бега на шаг, присел рядом и осторожно перевернул его на спину.

Он дышал. Глаза закрыты, но грудная клетка поднималась и опускалась ровно, без хрипа. Я провёл ладонью по шее, прощупал позвонки, ощупал затылок. Крови нет. Руки целые, ноги тоже. Большим пальцем приподнял ему веко, проверил зрачок. Потом другой. Одинаковые, на свет реагируют. Сотрясения, похоже, нет. Ну или совсем лёгкое.

Лицо было молодое, знакомое только мельком, по стройке: рядовой состав пока проходил у меня по спискам и спецовкам, а руку я успел пожать одному из бригадиров.

Товарищи его обедали в бытовке за стеной, я слышал оттуда радио. Парень, выходит, задержался на ярусе один.

Призраки уже парили вокруг.

— Ох, какой ужас, — приговаривала Эльза. — Только работать начал, и уже. Бедный мальчик.

Сочувствие графиня изображала старательно, с придыханием, с рукой у груди. Но глаза выдавали другое: в них горело любопытство.

— В целом парень неплохой, — проворчал себе под нос Генрих Карлович, и бакенбарды у него качнулись. — Я был бы не против, если бы он у нас остался.

Смысл фразы дошёл до меня с запозданием. Остаться у них означало остаться здесь навсегда, бесплотным, как они сами.

— Не останется, — отрезал я.

Парень моргнул несколько раз. Взгляд прояснился, нашёл моё лицо. Он сглотнул, напрягся всем телом и попытался приподняться на локтях.

— Лежи, — велел я и придержал его за плечо. — Не дёргайся. Как тебя зовут?

— М-миша, — выговорил он, и на первом же звуке голос запнулся. — Михаил. Из б-бригады я, Виктор Александрович. Вы не подумайте, я не с-сам упал… то есть сам, но…

— Разберёмся, кто упал. Голова как? В глазах двоится?

— Н-нормально всё. Звенит только чуток.

Я помог ему сесть, потом подняться. Мишка покачнулся, но устоял, повёл вокруг мутным взглядом.

— Не говорите бригадиру, а то он… — начал парень и снова запнулся.

— Хорошо, не скажу.

Мне так и самому было выгоднее. Не придётся объяснять травму на объекте.

Призраков он не увидел. Они парили в двух шагах, Эльза даже склонилась к его виску, разглядывая свежую ссадину, но для парня воздух оставался пустым.

Альбина стояла рядом и не сводила глаз с графини, которая плыла у самого Мишкиного плеча. Губы у помощницы сжались в тонкую линию.

— Миш, — начала она осторожно. — А ты тут ничего больше не замечаешь? Ну, странного?

Вопрос показался мне не к месту. Парень едва пришёл в себя после падения, ему бы отдышаться, а Альбину волновало другое. Смотрела она при этом на Эльзу.

— Нет, а ч-что? — Мишка поморщился и тронул затылок.

— Да так. Ничего, — Альбина пожала плечами, и плечи у неё чуть опустились. Убедилась, что призраков парень не видит.

— Что произошло? — строго спросил я.

Бригадир на планёрках хвалил своих: народ опытный, технику безопасности соблюдают, на объекте не косячат. Работа на ярусе шла монотонная: выкорчёвка кирпича — спокойнее не придумаешь. Относительно спокойная, поправил я себя, потому что объект у нас магический и населён.

Мне совсем не нужно, чтобы кто-то здесь угробился. Смерть рабочего на объекте под присмотром Магбеза означала уголовное дело, проверку и закрытие работ на неопределённый срок. А у меня сроки по завещанию.

— Да сам не пойму, Виктор Александрович, — Мишка снова поморщился и провёл ладонью по шее. — Привиделось что-то. Стою на втором ярусе, к-кирпич выкорчёвываю. И тут сбоку…

Он запнулся, подбирая слова. Продолжил:

— Девушка. Красивая такая. Прям как живая…

Мишка помолчал секунду. Я ждал.

— Манит меня пальцем, — продолжил он, — а я с собой ничего поделать не могу. Тело будто само по себе. П-понимаю, что не надо туда идти, а ноги шагают, — он развёл руками. — Ну, шагнул я к ней пару раз да и вывалился через край. Хорошо хоть со второго яруса, а не выше.

Я поднял голову. На втором ярусе лесов зияла прореха в защитной сетке. Оттуда до земли метра полтора.

Повезло парню крупно. Был бы третий ярус, обошлось бы куда хуже. Да и тут помогло то, что траву возле лесов никто не косил. Бригада ставила леса в спешке, и площадку вокруг расчистить не успели, отложили на потом. На нормальном объекте за такое я устроил бы разнос. А сегодня именно эта нескошенная трава и смягчила удар. Упади он на голый камень, перелом был бы обеспечен как минимум.

Про девушку мне всё было ясно. Я уже знал, чьих это рук дело.

— Н-наваждение какое-то, — тихо добавил Мишка и потёр висок. — Будто кто-то в голове покрутил. А потом раз, и нету. И я уже на земле лежу.

Он потёр ладонью колено. На джинсах расплывалось зелёное травяное пятно, и правый локоть тоже был ободран — кожа содрана до розового.

— Замок магический, Миш, тут всякое случается, — пробормотала Альбина.

Я строго посмотрел на неё.

Она осеклась, прикусила губу, опустила глаза. Альбина обожала брать инициативу на себя, и в девяти случаях из десяти это шло на пользу. Но не сейчас.

— Миш, пойдём поговорим, — сказал я.

— Ага. — Он кивнул и поднялся, цепляясь за мою руку. Качнулся, выпрямился.

Мы зашагали к кухне. Парень шёл ровно, не хромал, голову держал прямо. Хороший знак. От лесов до самого крыльца за нами тянулся замогильный холод: Эльза плыла позади и упускать подробности явно не собиралась.

На кухне Мишка первым делом сунул руки под кран и умылся. Вода была ледяная, из скважины, и он зашипел сквозь зубы, но лицо тёр долго, добросовестно. Вытерся полотенцем, повесил его на крючок и сел за стол.

Я налил ему кофе из турки. Альбина варила его с утра, кофе успел остыть, но для такого случая годился.

— Молоко, сахар?

— Не-е, просто чёрный, — отмахнулся Мишка.

Он сделал глоток, прикрыл глаза.

— М-м, — он покачал головой, словно распробовал что-то неожиданно хорошее. — Как в приличной кофейне.

Видимо, хороший кофе парень пробовал нечасто. Альбина варить умела, да и я в этом вопросе был привередлив. Мелочь, но без нормального кофе утро у меня не задавалось.

Я сел напротив.

— Ты как? Голова не болит?

— Нет. — Он отпил ещё. — Всё путём, вы не переживайте. Г-глюк это был какой-то, точно. Перенервничал, видать.

Помолчал. Пальцы обхватили чашку плотнее.

— Знаете, у меня… — начал Мишка и осёкся на полуслове. Поджал губы, отвёл взгляд к окну, махнул рукой. — Да ладно. Неважно.