Хранитель Замка. Дилогия

Глава 11

Звонок повторился, настойчивее первого. А я стоял посреди разгромленной прихожей и считал варианты с той скоростью, с какой их считают при обрыве троса, когда уже летишь вниз.

Договорённость была на семь. Ровно в семь здесь оказались и я, и те, кто пришёл смотреть квартиру. Показывать жильё в таком виде нельзя: люди развернутся с порога и будут правы.

Оставался перенос. Сказать, что случилась беда: кран сорвало, трубу прорвало — да неважно, и договориться на другой день.

Хотя врать про трубу не хотелось: такое враньё проверяется одним взглядом в ванную. А банальное «свет вырубило» от просмотра может не спасти — вдруг там слишком лояльные ребята.

— Иду, иду! — крикнул я, перешагнул опрокинутый стул и вышел на лестничную площадку, притворив за собой дверь.

За ней стояла молодая пара. Девушка широко улыбалась. Парень смотрел серьёзно, и лицо у него было уставшее, я такие лица каждый вечер видел на своих объектах: человек после смены, терпения на донышке.

— Здравствуйте! А мы уж подумали, вы опаздываете, — девушка показала телефон. — Звонить собирались. Я Настя, а это Кирилл.

— Виктор. Не опоздал, я тут с шести. Случилось кое-что.

Я вздохнул, театрально, прямо как это делала Эльза. Судя по лицам, получилось убедительно.

— Вы не переживайте. До завтра устраню неполадки и покажу квартиру в другое время, — продолжил я играть свою роль.

— Какие неполадки? — прищурился Кирилл.

В его взгляде я прочитал многое. Как минимум то, что про трубу лучше даже не начинать: этот поймёт сразу, увидит, что кран не меняли, и разговор кончится вместе с доверием.

— Пока меня не было, кто-то проник в квартиру и устроил беспорядок. Что это было, честно говорю, не знаю. Замки поменяю за свой счёт, но сегодня совесть не позволит вас туда заселять и показывать в таком бардаке. Думаю, вы понимаете.

Отчасти это была правда. Умолчал я только о том, что проникшее внутрь существо, похоже, магической природы, и не факт, что вообще живое.

Пара переглянулась. Переглядывались они, как давно женатые, одним движением бровей.

— Замки я и сам поменять могу, — сказал Кирилл. — Тут такое дело. Через два дня у нас аренда кончается, хозяйка нашу квартиру продаёт, покупателей уже нашла, сама в Испанию уезжает. Нам переехать надо как можно скорее, мы за этим и торопились. Давайте посмотрим сейчас, если вы не против. Беспорядком нас не напугать.

— Совсем не напугать! — подтвердила Настя с энтузиазмом человека, которого в жизни ещё ничем толком не пугали. — Мы за месяц одиннадцать квартир посмотрели. В одной хозяйка сдавала комнату вместе с бабушкой, представляете? Бабушка оставалась жить за шкафом.

— За ширмой, — поправил Кирилл.

— За шкафом, Кирюш. Ширма была в другой, где кухней после восьми пользоваться запрещали.

Я слушал и прикидывал. Сроки у них горят, рынок их уже потрепал, а съёмщики с горящими сроками сговорчивее прочих. Да и, пожалуй, оно к лучшему: мало ли какие ещё сюрпризы приготовила эта квартира, пусть смотрят как есть. Откажутся, будут другие отклики, объявление провисело всего два часа.

— Тогда заходите, — я открыл дверь. — Только под ноги смотрите. И сразу скажу: бабушек, жильцов за шкафом и ограничений по кухне нет.

— Уже лучше всех одиннадцати, — отозвалась Настя.

Первыми в глаза бросались стаканы. Они стояли на полу кухни ровной шеренгой, от большого к малому, и в вечернем свете смотрелись как экспонаты на выставке.

— Ой, — Настя присела рядом на корточки. — А это даже красиво. Это вор так сделал?

— Странный вор, — Кирилл обошёл шеренгу по дуге, оценил выдвинутые ящики серванта и поднятый мною стул. — Обычно ищут деньги и золото, а тут посуду по росту построили. Вы знаете, что здесь искали?

Я пожал плечами:

— Ценного нет. Всё, что было, я вывез. Разве что шторы.

— Ну нет, точно не шторы, — серьёзно ответила Настя, разглядывая стаканы. — Шторы вон, висят.

Говорила она так, словно уже хотела эти шторы выбросить. Впрочем, я был такого же мнения.

Кирилл пошёл по комнатам, я двинулся следом. Он простукивал костяшкой стены, заглянул за сервант, присел у плинтуса и провёл пальцем по стыку.

— Дом добротный, — признал он со знанием дела. — Стены толстые, перекрытия живые. Сейчас так не кладут.

— Этот дом ещё сто лет простоит, если крышу вовремя латать, — подтвердил я.

В комнате матери прошлого Кирилл задержался: одежда из вскрытых коробок лежала грудами, упаковочная бумага устилала пол.

— Тут тоже он похозяйничал? — Кирилл поднял с пола свитер, аккуратно положил на кровать. — Странный всё-таки вор. В целом неплохо, кстати. Метраж честный, окна на две стороны, солнце с утра. Ремонт бы только обновить, обои устали. Может, в счёт аренды? Мы бы сами сделали, я умею.

Деньги мне были нужны срочно. Тридцать тысяч в месяц со съёма давали фундамент, и размывать его ремонтом я не собирался.

— Сейчас нет. Своими силами, пожалуйста: краску, обои согласуем, мешать не буду. Через пару месяцев вернёмся к разговору.

Кирилл хмыкнул. Хмыканье я перевёл без словаря: попробовать стоило.

— Заметьте, квартира в центре, — добавил я. — Другие такие стоят дороже, я цену и так опустил ниже рынка.

— Видел объявления, — согласился он. — Потому и приехали через сорок минут после публикации.

— А соседи как? — спросила Настя из кухни.

— За стеной тётя Валя. Печёт пироги и слышит всё, что громче шёпота. Для тихих жильцов это плюс.

— Мы тихие, — сказал Кирилл. — Нам после работы отдыхать, да сериалы смотреть. Ну, не считая ремонта. Она не будет против?

— Возможно, она ещё и поучаствует, — улыбнулся я.

Кирилл выглянул в коридор, и я за ним. Мы увидели странное.

Настя тем временем так и сидела над стаканами. Она наклоняла голову то вправо, то влево, потом осторожно провела ладонью над шеренгой, сантиметрах в пяти, как над плитой, когда проверяют, горячая ли.

— Насть, — окликнул Кирилл. — Ты чего застряла? Комнаты посмотри, я один хожу.

— Сейчас, — отозвалась она, не двигаясь. — Тут интересно.

— Она всегда так, — пояснил мне Кирилл вполголоса. — В прошлой квартире полчаса розетку слушала. Сказала, что там кто-то жил. В розетке.

— И что оказалось?

— Оса там была… Дохлая. Но фонила по словам Насти, — он развёл руками. — Я после этого спорить перестал.

— Что-то видите? — уточнил я у Насти, подойдя к девушке.