Целитель для демона

– Не могу сказать, что я очень опытна в этих делах, но не стоит убиваться по нему одному. Вы свободные люди, вам легче построить отношения, – постаралась сказать это как можно ровнее и не вспоминать о своих проблемах. – Парней в академии много, да и в гарнизонах есть одинокие сердца.

Шатенка покачала головой и горько улыбнулась.

– Я не могу, – ответила тихо она. Я хотела возразить, что всё это глупости, но Тефания призналась в своей тайне. – На меня действует его приворотное зелье.

Я застыла. Любой целитель мог определить, настоящие чувства у человека или вызванные искусственно. Конечно, всё зависело от продолжительности нахождения под приворотом. Даже придворный маг мог ошибиться, если прошло много времени. Юные, а порой и не совсем юные, девы специально скрывали своих кавалеров от общества, чтобы не заподозрили обман.

– Как долго? – поинтересовалась я. Не особо верила, что это сделал Чариз. Он не мог так поступить. От него же веет благородством. Однако спросить должна была, если Сирр знает про приворот… Мог ли это сделать кто-то другой?

– С первого курса, – прошептала она, глядя на свои руки. Поднимать взгляд на меня то ли не хотела, то ли стеснялась. Хотя румянца на щеках я не заметила.

Выругалась. Очень долгий срок, приворот вжился в организм, изъять и отделить наведенные чувства от реальных будет очень сложно. Практически невозможно. Тефания могла смело обратиться в правоохранительное министерство, чтобы этого шутника наказали. Такое карается и смертной казнью.

– Как это произошло? Чариз об этом хотя бы знает?

– Да, – подтвердила мои худшие опасения. – Это случилось на одном из практических занятий. Мы проходили большую тему и там были привороты. Нам нужно было найти их, научиться различать и избавляться, знать противоядие. Естественно, чтобы уметь отличать от остальных, мы должны были сами приготовить их. Мы с Чаризом были всегда в паре. Влюбились друг друга с первого взгляда, понимали друг друга с полуслова, – Тефания мягко и светло улыбнулась, вспоминая те дни, – не помню, что конкретно произошло тогда… вроде Гаррет перепутал корень росси с ростком стивии, и из его котла дым повалил, а нас всех эвакуировали. Чариз успел выпить свой антидот, а я нет. Когда нас пустили обратно, то выяснили, что многие с заданием не справились. Привороты не работали. Я посмеялась тогда над Чаризом, мол, он тоже неуд получит, раз на мне ничего не сработало. Мои чувства не изменились. Про ситуацию все забыли. Я поняла, что приворот действует, когда мы поссорились на втором курсе. Сама виновата, наговорила многого. Ты же знаешь, что чем дольше под зельем, тем меньше шансов его снять? Я просила Чариза не заводить отношения с другими, пока не закончим академию. Просила снова сойтись, но он меня не слушал. А мне больно, понимаешь? – она приложила руку к груди, сильно сжала рубашку. Наконец-то посмотрела на меня, и я увидела слёзы в её глазах. Две мокрые дорожки скатились по щекам. – Я и стала пакостить, вредить девушкам, чтобы не ошивались рядом с ним. Понимаю, всё понимаю, я не права и это только моя ошибка, но я пыталась с ним нормально разговаривать. Он слушать меня не желает.

Тефания разрыдалась, пряча лицо в ладонях. Я села на кушетку и погладила по спине. Её плечи дрожали, а голос срывался. Теперь я понимала, почему она скрывала это. По большей части сама виновата, и обвинять некого.

– Я дура, да? – всхлипнула она, вытерев рукавом мокрый нос.

– Я на твоём месте ещё тогда выпила бы антидот для профилактики и предотвращения последствий, – честно сказала ей. – К сожалению, сейчас ничего не поделать. Единственное, что могу – предложить долгую и тяжёлую реабилитацию. Однако последствия останутся до конца жизни; тебя будет тянуть к нему, а его личные отношения с другими девушками – физически вредить.

Тефа слабо улыбнулась.

– Спасибо, что выслушала.

– Легче стало?

– Немного. Я мало кому говорила об этом.

Она попыталась встать, но её лицо исказилось болью. Тефа зашипела, держась за ногу, откинулась обратно на подушку.

– Ты куда собралась? – недоумённо спросила я, наблюдая её потуги.

На мой вопрос сильно покраснела и многозначительно посмотрела в сторону белоснежной двери в углу.

– Давай помогу, одна ты не справишься, – наслала двойную дозу заклинаний против боли. Подставила ей локоть, чтобы она ухватилась за него и смогла опереться.

Тефа застеснялась, но нужда сильнее других чувств. Закусив губу, девушка с болезненным стоном поднялась с кровати, я её тут же подхватила, и мы тихонечко, маленькими шаркающими шажками направились в туалетную комнату.

В этот момент я услышала жалобный вопль.

– Ками, меня побили!

Я обернулась, не поверила своим ушам, узнав голос. Мориан с обиженной моськой и выразительно наливающейся шишкой на лбу. Подавила в себе смешок и вопрос – остался ли «счастливчик» в живых. Если не кричат за окнами, значит, всё хорошо.

– Сейчас, Мориан, – крикнула ему через плечо и завела Сирр в совмещенную с душевой комнатушку.

– Он сильно изменился, – процедила Тефания, села с моей помощью на белоснежную чашу унитаза. – Спасибо, дальше сама, – покрывшись багровыми пятнами, спускающимися от лица ак шее, промямлила она.

– Не волнуйся, я отвернусь, – сказала и отошла ближе к двери.

Я прислушалась к голосам. Похоже, к Мориану вышел Дарек, но демон не позволяет себя лечить. Ждёт именно меня. В груди потеплело, уголки губ сами расползлись в улыбке. Даже не заметила, что Сирр уже сделала свои дела и сама попыталась встать. Ну что за упрямство?

– Ты действуешь на демона как успокоительное, – продолжила она свою мысль. – Жаль, что тебя не было с нами на первом курсе. Может, его адаптация в обществе прошла бы мягче и без последствий для остальных.

– Не могу понять, почему у него так резко меняется настроение, – поделилась с ней своими мыслями. Всё же она только что открыла мне свои. Возможно, Тефа что-то и подскажет о том, чего могу ещё не знать.

– Всё дело в его блокираторах.

Я помогла Тефе подойти к рукомойнику. Зачерпнула ковшом из ведра тёплую воду и полила намыленные руки кровницы. Маленькая струйка смывала пузыри с ладоней. Тефа сняла очки и вытерла их о полотенце. Мягкая ткань впитала в себя капельки, которые попали на стекло.