Страница 100 из 101
Все стекались на полигон. Оттуда слышался гул множества голосов, предвкушающих торжество. Мы вышли последними. Мориан взял меня за руку, и мы переплели пальцы. Внутри все сжалось от волнения и предвкушения чего-то прекрасного и восхитительного. Я ощущала его сухую, горячую ладонь, она была грубой из-за частых тренировок с мечом. Сильная, но в то же время нежная. Демон замедлил шаг, а когда друзья сильно ушли вперед, повел меня в сторону замка. Однако внутрь мы не зашли: Мориан повел к глухой стене, заросшей плющом. Оказывается, за ним был тайный ход.
– Куда мы идём? – полюбопытствовала я.
Мориан лукаво покосился, но промолчал. Призвал огонь, сделав из ладони факел. Здесь было много пыли и грязи, похоже, этим ходом давно не пользовались. Тому свидетельством – большое многослойная паутина под потолком. Перед нами показалась лестница: винтовая, закрученная, идти по ней можно было только с правого края. Я со страхом вставала на новую ступеньку, боясь, что деревянные доски не выдержат и рухнут вниз. Наше продвижение сопровождалось жалобным скрипом.
Ещё одна дверь с трудом, но всё же отъехала в сторону. Я сжалась, как только почувствовала порыв холода. Мы вышли на площадку между двумя башнями.
– Лучшие места, – Мориан обвёл рукой пустое пространство. – Только к краю не подходи, – предупредил мой спутник.
Снег срывался с неба, кружился крупными хлопьями и застилал всё белым, мягким и воздушным полотном. Нам он был практически по щиколотку. Здесь его никто не убирал. Зато отсюда можно было увидеть долину за стеной.
– Замёрзла?
– Не думала, что настолько похолодало, – смущённо произнесла я.
– Мы тут ненадолго, – нахмурился он, прислушиваясь к тишине. Толпа затихла и дружным хором начала отсчёт. – Иди ко мне, – распахнул он пиджак и вызвал пламя.
Снег под ногами стремительно исчезал, превращаясь в воду, а потом и вовсе в пар. Вскоре парень стоял на сухом камне.
Я сделала маленький шаг. Как же я хотела прижаться к нему, как же скучала все эти дни. И вот он здесь, так близко и так далеко. Мне было запрещено испытывать то, что зародилась в моём сердце.
В аристократических кругах любовь девушки к постороннему мужчине, не являющимся женихом, всегда заканчивалась трагично. Сколько подобной литературы стоит на полках моей матери, не сосчитать. Я рвалась к Мориану, к запретному для меня мужчине. Хотела упасть в эту пропасть. Хотела, чтобы меня поглотил жар его пламени.
Я буду молиться не только Богине-мученице, но и всем отвергнутым богам, чтобы его план сработал. Я хочу потеряться, и чтобы именно он нашёл меня.
Мориан не торопил меня. Словно понимал, что я сейчас делаю выбор. Отдалиться навсегда или разделить с ним жизнь, в которой мы будем вечно бороться с предрассудками и убегать от общества, добиваясь свободы. Мы будем вместе искать место, в котором обретём покой.
Я сильно закусила губу, а потом рывком приблизилась к нему. Крепко сжала в объятиях. Почувствовала, как он склонился, прижавшись губами к моим волосам. Озорные огоньки перешли ко мне, согревая. Демон никогда не причинит мне боли: ни он, ни его магия.
Над головами раздался взрыв, и небо озарилось разноцветными красками. Второй, третий, четвёртый. Шапки салютов, одинаковые по размеру, отличались цветом. Толпа внизу ликовала. Двенадцатый залп был, как и первый – со множеством красок и искр. Оставшиеся восемь выпустили одновременно и те разлетелись в разные стороны. На этом, собственно, и закончилось представление.
– В столице, наверное, получше было, – невесть отчего смутился Мориан.
Он не собирался выпускать меня из объятий, да и я этого не желала. Так и стояли в хороводе снежинок.
– Там всё чересчур масштабно и… – я замолчала.
Воспоминание, как проходит праздник в королевском дворце, захлестнуло меня. Я всегда пряталась за шторами, когда все выходили на балконы. Сколько себя помню, фейерверки были всегда разными. Наши маги великолепно с этим справлялись. Все продолжали веселиться, а я уходила в свою или гостевую комнату. Отдыхала, потому что новогодние каникулы – это череда балов и торжеств, сменяющих друг друга. Где мы, юные девочки, меняли платья, чтобы показаться всем во всей красе.
Отец с матерью в этом время всегда в разъездах по гостям, а брат развлекался с друзьями. Мальчишеские посиделки с литрами алкоголя были весьма раскрепощенными: парням не обязательно хранить себя до брака. Наоборот, подобное считалось дурным тоном.
Поэтому они уходили в город или уезжали в кабаки, где и находили себе развлечения в кругу продажных женщин. Я часто заморгала. Грустные мысли, не хочу портить эти мгновения. Мориану сказала короче:
– Тут своё очарование. Большой дружный коллектив, все мы, как семья. Дома же я встречала этот праздник одна, хоть и в толпе народу.
– Ты больше не одна, – внезапно осипшим голосом прошептал демон, склонившись ближе ко мне, к губам.
Я замерла в страхе. И он увидел это. Тоже остановился, но я боялась лишь одного: что нас отвлекут, помешают, вклинятся в нашу идиллию. Он провёл большим пальцем по нижней губе, слегка надавив. Не могла вынести этого нежно-щемящего жжения в груди. Я не смогу переступить порог своей нравственности и воспитания.
– Мориан, – выдохнула его имя с мольбой.
Его мышцы ощутимо напряглись под моими ладонями, они стали твёрже камня. Демон приобнял за талию и притянул к себе. Соприкосновение губ. Секунда, миг на то, чтобы передумать, вспомнить о запрете, но он углубил поцелуй, а я потеряла голову.
Горела. Я горела изнутри, тлела в его объятиях. Остро ощущала его руку через платье и то, как другая скользила по спине вверх, вызывая у меня мурашки. Оцепенела, когда он сжал волосы на затылке. Думала, будет больно. Нет. Застонала от наслаждения, испугав себя же.
Отстранилась и спрятала лицо на его груди. Часто дышала, словно пробежала полосу препятствий. Дыхание было настолько горячим, что клубами выходил пар. Полыхающие губы обдал холод, мне казалось, что они немного припухли.
– Кажется, я сделал только хуже, – невесть отчего рассмеялся Мориан. Я чуть повернула к нему голову. Встретилась с его удивительным и неповторимым нежным взглядом. Он ласково убрал с моего лица локон, заправив за ухо. – Теперь я буду неистово скучать по тебе. Обещай, что быстро вернёшься.
– Будь моя воля, я осталась бы здесь навсегда, – ещё больше жгло щёки от признания.