Страница 111 из 118
Глава 60 Зачем вам нужен чужой ребенок?
Инна быстро помыла полы и вернулась в квартиру к Степану. Он сидел около дочери и поглаживал ее по голове.
- Как она? - спросила Инна.
- Горячая, дал жаропонижающего, надеюсь, подействует в скором времени, - вздохнул он, - Я вызвал врача. Сказали, что придет в течение дня.
- Значит, будем ждать врача.
- Тут лекарства от температуры, а здесь документы. Холодильник в полном твоем распоряжении.
- Меня мама в детстве поила куриным бульоном, - сказала Инна.
- Его варить нужно.
- Уж куриный бульон я могу приготовить.
- Там в морозилке есть курица, сейчас достану. Инна, спасибо большое, что согласилась посидеть с Миланкой, - сказал Степан, приложив к груди руки.
- Что ты думаешь насчет своей бывшей жены? У ребенка синяки на лице. Мне что-то надо будет говорить врачу.
- Как-то не хочется поднимать всю эту бучу. Стресс для ребенка.
- А вот такое отношение к ней это для нее не стресс. Ты представляешь, как ей одиноко, мать отказалась от нее, да еще и отец не может защитить, - возмущалась она.
- Инна, не нагнетай. Я сегодня подумаю, все равно я Милану не смогу никуда сегодня отвезти.
- Узнай, может там есть камеры на подъезде. Сейчас везде они понатыканы.
- Хорошо.
Степан ушел на работу, а Инна осталась вдвоем с девочкой. Та прикрыла глаза и тяжело дышала. Инна намочила полотенце и положила его на лоб Миланы. Затем она позвонила тете Тане.
- Привет, Инна, - бодрым голосом ответила Татьяна, - Как жизнь молодая?
- Кипит и бурлит, - ответила Инна, - Тетя Таня, не подскажете, чем можно сбить жар у ребенка?
- Ты с девочкой Степана сидишь?
- Да. Её мать вчера на мороз выкинула в час ночи.
- За что? Совсем, что ли?
- Милана сказала, что она брата уронила, а маманя говорит, что она его душила.
- Вот знаешь, ничего удивительного в этом нет. Во-первых, в обычных полных семьях такое случается, а во-вторых, нельзя таких маленьких детей оставлять вдвоем без присмотра. Степан как на это среагировал?
- Ну, он не мычит и не телится, - хмыкнула Инна, - Я бы на его месте разнесла всю эту богадельню и мамане тапкой по голове настучала. Ладно, можно говорить об этом долго, но ребенок весь горит. Он ей дал какой-то сироп от температуры, но что-то как-то слабо действует.
- Водкой или уксусной кислотой оботри, - посоветовала тетя Таня.
- Не думаю, что у него где-то водка тут завалялась, уксус сейчас поищу.
- Можешь взять лосьон после бритья, если у него есть. Эссенцией ее только не намажь. Можно еще в мокрую простыню завернуть, если ее не знобит.
- Спасибо, сейчас все это сделаю и перезвоню, - сказала Инна.
- Давай хоть поболтаем. Я думала, что ты сегодня ко мне зайдешь, а ты нянькаешься.
- Ну, вот так сложились обстоятельства.
- Ясно, давай лечи дочу, скорейшего ей выздоровления, - пожелала тетя Таня.
- Спасибо, - поблагодарила Инна.
Она нашла яблочный уксус в шкафчике, намочила в нем какую-то тряпочку и стала обтирать вялую Милану, тихонько напевая какую-то песенку. Обнаружила синяки на запястьях у ребенка.
- Ты меня тут одну не бросишь? - спросила девочка.
- Нет, что ты, я буду с тобой до тех пор, пока папа не придет.
- Только не уходи, - сказала Милана.
- Не уйду. Ты поспи немного.
- Спой мне песенку. Мама Матвейке песенку пела, а мне нет.
Инне стало жалко маленькую девочку. Она села с ней рядышком, стала гладить по голове и петь какую-то колыбельную. Милана заснула, постепенно у нее спала температура. Инна приготовила куриный бульон и измельчила туда мясо. Пару раз звонил Степан и интересовался, как там дочка.
- Пока спит, дышит ровно. Температура, если есть, то она не высокая, - отчиталась Инна.
- Начальник нашел знакомого, у которого есть доступ к камерам в подъезде и на улице. Просматриваем события прошедшего вечера и ночи.
- И как?
- Я ее посажу, - сказал он, - Там нет звука, но и то видно все происходящее.
- А ты еще Лену ночью оправдывал.
- Да я тут с мужиками поговорил, и они мне сказали все тоже самое, что и ты. Обещали и с адвокатом помочь, и вообще поддерживают меня.
- Вот и правильно, - согласилась Инна.
После обеда пришла врач - бойкая худенькая женщина в возрасте. Она зашла в квартиру, натянула бахилы на ноги, сняла пальто.
- А вы кто? - спросила она Инну, - Папу я знаю, а вот вас нет.
- Я няня, - ответила Инна.
- Ясно. Что случилось?
Инна все ей рассказала и про простуду, и про инцидент.
- Да уж, не все мамы одинаково полезны, - сказала врач, осматривая Милану, - В легких чисто, горло красное. Насморк есть?
- Пока нет.
Доктор написала список лекарств.
- Вы знаете, лишение родительских прав — это всё не так просто. Могут прийти к вам органы опеки, осмотреть жилище, проверить холодильник, шкаф и прочее. Тем более лишать будут не папу, а маму.
- Я не думаю, что с органами опеки могут быть проблемы, там тоже люди работают. Вы фиксировать синяки будете? — спросила Инна.
- Я могу записать в карточке об этом. Вот только выписку дают либо полиции, либо адвокату.
- Вы запишите, а мы потом разберемся.
- Хорошо.
- Вы сейчас на листочке всё запишите, а потом вклейте в карточку, а то вдруг забудете.
- Ладно, — вздохнула врач. — Вы потом к психологу с ней не забудьте сходить. Такие вещи не забываются и оставляют свой отпечаток на психике.
- Да, я скажу Степану, — кивнула Инна.
Врач сделала так, как попросила она.
- Лечитесь, если что, то вызывайте. Приходите ко мне на прием через пять дней, напишу вам справочку, — улыбнулась женщина.
- Хорошо, спасибо вам.
Инна вышла провожать ее в коридоре.
- Вам-то зачем это надо? — тихо спросила врач. — Вы молодая, своего родите, ищите мужчину без ребенка.
- Благодарю вас за совет, но я в них не нуждаюсь, — улыбнулась Инна.
- С чужим ребенком очень тяжело, — сказала врач, выходя из квартиры.
- До свидания, всего доброго, — ответила Инна и закрыла дверь. — Сама разберусь, словно я с ним всю жизнь собираюсь жить, а если и собираюсь, то кому какое дело.
Милана лежала в кровати и смотрела в потолок.
- Хочешь, книжку почитаем? — спросила ее Инна.
- Нет, спой мне песенку и дай мишку.
- Голова не болит? Пить, есть не хочешь?
- Можно попить, — кивнула девочка. — И песенку.
- Хорошо.
Инна принесла воду, мягкого медведя и снова принялась петь какую-то русскую народную песню. Девочка повернулась на бок, обняла медведя и задремала.