Страница 32 из 39
Фантом свернулся в клубок и, как дрессированный кот, сделал несколько кувырков по странице. Потом постучал лапой по шару. Маг понял, положил шар и осторожно прокатил его по серому от времени листу.
Страница засветилась, от неё отделилась и приподнялась в воздухе ещё одна, воздушная и прозрачная, с красным чётким шрифтом. Маг удивлённо охнул, они с Фантомом склонились над книгой и начали читать.
— Чтобы уничтожить заклятье, сделанное на крови, — шёпотом читал маг, — надо принести жертву, добровольную, без принуждения и страха…
Он тяжело опустился в кресло, схватился за голову:
— Какой ужас! Это невозможно!
Фантом подтащил зубами словарь, раскрыл, в спешке отрывая уголки листов, лихорадочно тыкал лапой в нужные слова: курица, корова, лошадь.
— Если бы всё было так просто! — воскликнул маг. — Конечно, леди Азалия и курицу пожалеет, но, друг мой, ещё раз вслушайтесь в условия!
Фантом насторожил уши.
— Жертва добровольная, без принуждения и страха, готовая шагнуть в вечность и кровь свою отдать, — прочитал маг. — Понимаете? Это должен быть человек!
Фантом подошёл ближе, уткнулся мордой в страницу. Всё так, слово в слово. И никакие куры-утки им не помогут.
— Убедились? Ни Азалия, ни Розочка не согласятся на эти условия — принести в жертву человека! Друг мой, я не вижу выхода.
Фантом сел напротив мага и, не мигая, посмотрел на него. Выход есть, он единственный. Ну, думай же, думай, старый и мудрый человек, это так просто! Неужели придётся объяснять, доказывать, устраивать дискуссию? Время работает против них, с каждой минутой леди и его Розочка слабеют всё больше и больше. А он, Фантом, будет листать словарь и по одному слову составлять каждую фразу! Давай же, маг, сообрази сам, это же просто!
— Мы им не скажем, — догадался маг.
Фантом кивнул и довольно заурчал.
— Пошли к слугам. Надо собрать всех, но так, чтобы леди и Розочка ничего не заподозрили. Впрочем, они так слабы, что почти не выходят из своих покоев.
Маг захлопнул фолиант, аккуратно убрал на место хрустальный шар и жестом пригласил Фантома к выходу.
Слуги слушали молча. Когда маг закончил свой печальный рассказ, повар вышел вперёд.
— Мы все любим наших дорогих хозяек, — сказал он. — Я служу здесь много лет, и ни разу, ни одного единого разочка, не услышал плохого слова. Даже когда подгорел пирог на именины леди Азалии.
— И я, и я, я тоже! — раздались голоса за его спиной.
— Я согласен стать жертвой, — продолжил повар.
— Почему ты? Леди и Розочка сделали мне немало добра, а Сердце замка спасло мою маленькую дочь, — рядом с поваром остановился конюх. — Я буду жертвой.
Портниха встала перед мужчинами, оправила платье на широких бёдрах:
— У вас дети, а я женщина одинокая, — сказала она. — Не дело это — малышей сиротить. Я сама к паукам пойду.
Желающие выходили один за другим, пока маг не поднял руку и не призвал всех к тишине:
— Мы кинем жребий, — сказал он и достал из корзины приготовленную для растопки лучину. Одну сломал пополам, кинул вместе с остальными в свой узкий синий колпак. — Короткая лучина — жертва.
Люди подходили, не заглядывая в колпак, вытаскивали деревянную лучину. Фантом наблюдал за их лицами. Они огорчались!
Они в самом деле огорчались, что кто-то другой умрёт вместо них! Портниха вытирала слёзы, толстый повар сердито топнул ногой, конюх в сердцах смял свою лучину в ладони и затряс от боли рукой — занозы торчали из пальцев, как ежовые иглы.
Люди, люди… Вы не знаете, кто умрёт за вас этой ночью.
Впрочем, Фантом должен был признаться, что самый главный, самый любимый и единственный человек, та, ради которой он готов хоть сейчас броситься в паучье гнездо, тоже никогда не узнает о его жертве.
Она пожалеет и будет плакать о милом котейке Зефире, но никогда не увидит в нём человека, который любит её всем сердцем. Уродливого и обезображенного человека.
Может, так оно и лучше? Маг, конечно, расскажет Розочке, кто был в теле её кота, но что знает маг? Фантом не хотел умирать, не сказав Розочке о своей любви, только как? Кошачьей лапой даже записку не напишешь.