Страны без солнц

8

Следующие нескольких часов опасения гоняли мысли Леали по замкнутому кругу. И речи не могло быть, чтобы она села на корабль к Гриффину и его подручным, хотя он и утверждал, что им все равно нужно отправляться за припасами во внутренние страны Вирги. Он настаивал, что это займет всего пару дней, но она знала, что самый быстрый корабль, покидая цивилизованный воздух, вынужден замедлить ход и чуть ли не ползти. В глубинах зимы даже модифицированной яхте Гриффина придется бороздить небеса со скоростью немногим более тридцати миль в час. А ближайшая солнечная страна находилась в тысяче миль отсюда.

И все же она была бы дурой, если бы отказалась от такой возможности. Гриффин предложил послать человека в ее квартиру, чтобы собрать одежду и вещи, но она отказалась:

— Либо это сделаю я, либо никто, — настаивала она.

Он покачал головой.

— Хотите, чтобы люди из правительства знали, что вы путешествуете с нами?

— А разве они не знают уже? — Она обвела жестом огромную мастерскую. — Даже Тарви признается, что у вас полнó шпионов.

— Вообще-то, ваш протеже Ютор — чуть ли не последний оставшийся у нас работник из местных. — Гриффин с мрачным удовлетворением улыбнулся, глядя на хлопающие холщовые стены. — Мы занялись чисткой. Ваше открытие, что они фильтровали наши газеты… Раз так — дело совсем другое.

В конце концов он уступил, и она с четверть часа лихорадочно перерывала свою квартиру в поисках одежды и вещей первой необходимости, а потом, пока скучающий водитель Хайдена ждал снаружи, наскоро набросала записку для Шоны и опустила ее в почтовый лоток здания, пока он возился с ее чемоданами.

У зажигателя солнц были собственные лодки; потратив несколько минут на обсуждение (больше походящее на перебранку) с Тарви, он собрал ватагу народа и просто полетел прямо из мастерской на свою яхту. Леаль сидела спереди в одном из куттеров, рядом с Гриффином. Она чувствовала себя так, словно ее похитили.

Это было именно такое приключение, о каком она всегда мечтала. Если бы Шона оказалась здесь, она бы точно радостно напутствовала Леаль — о черт, да собственная мать напутствовала бы.

Мысли об этой упущенной для родителей возможности заставили Леаль нетерпеливо ухватиться за направляющий канат и сразу за Хайденом втащить себя на его яхту. Мужчины и женщины впереди них рассыпались по судну, зажигая фонари и открывая иллюминаторы. Она вывернула шею, чтобы рассмотреть все, пока летела по центральному коридору корабля, ожидая чудес; однако была слегка разочарована.

По всей яхте идея роскоши боролась с идеей войны, и трудно было сказать, кто побеждает. Кое-где шикарные каюты подверглись разорению, а на их месте взамен установили аскетичные ракетные батареи. К золотой отделке по бокам коридора бесцеремонно пригвоздили степлером некрашеные трубки дополнительной переговорной связи. К рукам статуи (преимущественно обнаженной женской фигуры) прямо в главном салоне прикрутили аптечки первой помощи. Все иллюминаторы были оснащены тяжелыми металлическими ставнями.

— Да, нам нужен индий, как и бор-11, — крикнул Хайден кому-то в ответ. — Приготовьтесь к выходу через десять минут. Я не хочу, чтобы тут слонялись абиссальские инспектора.

— А вам так можно? — спросила она его. Он ухватился за путеводный шнур и уверенно улыбнулся ей.

— Я все-таки зажигатель солнц, — сказал он.

— Но можно ли мне? — Она неуютно поежилась. — Мне не полагается путешествовать без разрешения правительства, и…

Он поднял руку.

— Вот — давайте я вам покажу кое-что.

Он исчез вниз по трапу; Леаль, не обрадованная тем, что настолько подпала под власть его обаяния, последовала за ним.

Трюм корабля был забит гигантскими ящиками и рогожными мешками. Здесь пахло машинным маслом, свежим деревом и просмоленной веревкой. Хайден подхватил фонарь и, лавируя между ящиками, проскочил на расчищенную площадку, где остановился рядом с громоздкой сферой из тусклого металла, занимавшей почти всю десятифутовую ширину трюма.

— Вот, — сказал он. — Солнце.

Она покачала головой, недоумевая, но не зная, как реагировать на его шуточку.

— Нет, в самом деле, — сказал он, шлепнув установку по боку. Гулкого эха за шлепком не последовало — сфера казалась сплошной, как валун. — Это инерциальный термоядерный реактор с электростатическим удержанием плазмы. — Он ласково улыбнулся устройству. — На самом деле это просто пусковой агрегат, то есть он производит достаточно энергии, чтобы зарядить электромагниты в блоке побольше. Ну, он и его пять братьев.

Леали пришлось улыбнуться:

— Вы всем девушкам показываете свой реактор?

Он выглядел озадаченным — и гораздо более обаятельным, чем при попытке продемонстрировать искушенность.

— Я к тому, — сказал он, — что для большинства людей мы все еще чудотворцы. Ваше правительство пугается штучек вроде этой, — он снова хлопнул по реактору, — и нашей репутации. Мы можем приходить и уходить, когда нам заблагорассудится.

— Но не бесконтрольно, — сказала она. — И если эта чрезвычайная ситуация усугубится…

— Именно. — Он удовлетворенно улыбнулся. — Как я уже говорил Тарви, если мы не слетаем за этой поставкой сейчас, то другого шанса может нам не представиться еще долго.

Возможно, это мой единственный шанс отправиться с ними. Он высказался; она кивнула, решив больше его дар под сомнение не ставить.

Наступило неловкое молчание.

— Ну, — сказала она, — теперь, когда вы показали мне свою большую игрушку, не пора ли нам вернуться?

Он засмеялся:

— Конечно. Ведите.

Так что выбора с поездкой у нее не осталось. Значит, ей следовало радоваться, ведь это было грандиозное приключение, в конце-то концов. Она верила, что со стороны зажигателя солнц или его людей ей ничего грозит. Возможно, у нее появится шанс увидеть места, о которых она только слышала или видела на фотографиях.

Тогда отчего же она ни по чему так не тоскует, как по спокойному свету газовой лампы в своей маленькой квартирке и утешению, что дарит пыльная книга? При всех своих фантазиях Леали приходилось признать, что она не из любительниц приключений. Она знала это с тех пор, как Телен Аргайр отправилась на поиски полумифической Внутренней Стражи вместе со своей сестрой Антеей. Леаль помогала Телен собрать вещи, а когда дверь закрылась, она, несмотря на зависть, вздохнула с облегчением, что ее не захватили с собой.