Страница 40 из 79
Я забрал список и быстренько разделился с клоном в туалете.
— Ну, как всё прошло? – ехидно поинтересовался тот.
— Вечером расскажу, сейчас некогда, – отмахнулся я, – сельские адреса возьмёшь?
— Конечно. Только вдруг опять Виталий Юрьевич что-то заподозрит?
Я вспомнил, как заведующий по хозяйству обвинял меня в сливе бензина. Тогда ситуацию удалось замять, но повторять такое не хочется.
— Я попрошу Константина, чтобы другое время поставил, – ответил я, – Будто я два раза съездил. Он не откажет.
Клон кивнул и первым отправился в гараж. Через пару минут мне пришло сообщение, что он с Владимиром выехал, и я спокойно отправился к молчаливому Константину.
— Кость, можно тебя попросить другое время на наших адресах проставить в отчёте? – спросил я, когда мы тронулись в путь.
Без лишних вопросов или комментариев тот просто кивнул. Это даже проще, чем я думал.
Мы объездили сначала плановые адреса, затем перешли на активы. Почти все переданные от скорой помощи вызовы были абсолютно не нужными – пациенты даже не знали, что я должен прийти. В паре случаев я даже не застал их дома. Видимо спокойно ушли на работу. Надо будет хорошенько самому поговорить с заведующим скорой помощи, что за детский сад?!
Последний активный вызов значился как «высокое давление». Я поднялся на нужный этаж и позвонил в дверь. Тишина. Сначала я подумал, что снова никого нет дома, хотел было уходить, но что-то меня остановило. Номеров телефона пациентки скорая не передала, связаться с ней возможности не было. Я ещё раз позвонил в звонок и припал ухом к входной двери. Где-то из глубины квартиры послышался слабый голос «Проходите».
Дверь оказалась открыта, я прошёл в комнату и увидел страшную картину. На диване лежала довольно молодая женщина, бледная как мел. Рядом с ней стоял тазик, заполненный коричневыми рвотными массами.
Я бросился к ней, начал измерять давление. Семьдесят на сорок. Вот это вызов с высоким давлением мне передали!
— Что ещё беспокоит? – быстро спросил я у женщины, попутно проводя осмотр.
— Ещё стул почернел ночью. Слабость сильная. Голова кружится, не встать, – простонала женщин, затем немного перевела дух и добавила, – у меня язва желудка в анамнезе. Я скорой говорила, но они слушать не стали, сказали вас ждать.
Желудочно-кишечное кровотечение. Чёрт, доберусь до заведующего скорой помощи – он у меня пред этой женщиной на коленях извиняться будет! За что пациенту-то мстить?
Я быстро достал телефон и набрал номер скорой.
— Диспетчер Калинина, скорая помощь, слушаю, – раздался знакомый голос. Ну хоть тут повезло.
— Михаил Алексеевич, терапевт. Здесь женщина на вызове с желудочно-кишечным кровотечением. Нужна срочная госпитализация.
— Михаил Алексеевич, тут проблема, – почему-то перешла на шепот Калинина, – нам сказали на вас сегодня машины скорой не отправлять. Я сейчас постараюсь что-нибудь придумать и вам перезвоню.
Час от часу всё веселее. Что значит не отправлять машины скорой помощи? Они там совсем с катушек слетели?
Калинина перезвонила со своего личного телефона буквально через минуту.
— Михаил Алексеевич, скорая выехала. Мне за это очень сильно влетит, но так ведь нельзя. В общем, ждите, – также шёпотом проговорила диспетчер.
— Спасибо! – ответил я, и подошёл к пациентке. – Скорая уже выехала.
— Хорошо, – простонала та.
И внезапно потеряла сознание.