Страница 7 из 182
Полина за базальтовой стойкой так и застыла с поднятой телефонной трубкой у уха. Её округлившиеся тёмные глаза стали ещё больше, когда она увидела эту сцену. Я едва заметно усмехнулся про себя. Секретари на ресепшене — это главный узел любой корпоративной нейросети, первый источник всех слухов и незримых информационных потоков. В её голове сейчас на полной скорости перестраивалась вся табель о рангах: суровый незнакомец в «Бриони» оказался не просто залетным клиентом, а человеком, перед которым её босс искренне и беспрекословно открывает двери.
— Алиса волнуется. Ждёт тебя, — сразу перешёл к делу Андрей, чуть отступая и внимательно, с тенью глубокого анализа изучая моё лицо.
Я удивлённо посмотрел на него, чуть прищурившись:
— Я никому не говорил, что лечу в Нью-Йорк.
— Катя позвонила, — спокойно ответил он. — Сказала, что ты взял билет на ближайший рейс и, скорее всего, объявишься у нас.
Снова волна сухого, жгучего раздражения снова накрыла меня изнутри. Чёрт возьми... Да, я действительно не обронил дома ни единого слова о том, куда и зачем срываюсь в такую рань. Но если на минуту загнать эмоции глубже и попытаться понять женскую психологию, всё мгновенно вставало на свои места.
Я двадцать два года был для Кати безупречно выверенным, абсолютно предсказуемым и безопасным фундаментом. И впервые за все эти десятилетия я взорвался. Впервые сдёрнул с себя привычную маску заботливого мужа и показал то, что скрывалось под ней всё это время. Что сейчас творилось в её голове? Только бог знает. Но там совершенно точно шла судорожная, болезненная переоценка каждого прожитого со мной дня. Тысячи немых вопросов, на которые у неё не было ответов, и слепая женская паника перед рушащейся картиной мира.
Катя прекрасно понимала: я не рванул бы через океан без серьёзной причины. А Алиса любит мать хоть она и не родная, они созваниваются по три раза на дню. Катя просто включила свои естественные радары. Она знала, что дочь непременно вытянет из меня всю правду, выспросит, почему я сорвался в Америку, почему устроил дома скандал и что вообще происходит. Дочь была её единственными глазами и ушами в этой непонятной войне.Удивительно но то что я ей рассказал не является главной причиной ее беспокойства.Гораздо более волнует ее то что я продал дом в престижном поселке и тащу всех в дыру в 60 километрах от Москвы.
«Почему любовь уходит?» — неожиданно, с глухой тоской всплыла в моей голове странная, чужая фраза.
Уходит ли она вообще? Или просто ломается и сгорает дотла в тот самый момент, когда из-под ног выбивают уютную, многолетнюю иллюзию, а на её месте остаётся только голая, выжженная правда?
— Ладно, — тяжело выдохнул я, гася внутренний шторм и убирая руки в карманы пальто. — Поехали в ресторан, Андрей. Разговаривать будем долго.