Страница 113 из 168
И вот тут начиналось самое интересное.
— Ты пойдёшь к Аркаше, — сказал я, — и всё ему расскажешь.
Серёга замер с протянутой рукой.
— Чего?
— Всё расскажешь. Как есть.
— Пахомов. — Он медленно убрал руку. — Ты головой на морозе не ударился?
— Не ударился. Слушай внимательно. — Я подвинулся ближе. — Ты приходишь к нему и говоришь: Аркаша, я два дня вёл Пахомова. У него на окраине есть контора, Через неё он набрал кредитов под гарантии холдинга. Куда ушли деньги — не знаю, но фирма явно живая.я там пару бумаг оставлю.Придете , взломаете.Пару моих вещей найдете
— То есть я тебя сдаю.
— Ты меня сдаёшь, — подтвердил я. — С потрохами. Только не всё, а ровно то, что я сейчас перечислил.
Серёга откинулся на стуле и уставился на меня.
— А зачем?
— Затем, что человек верит только той информации, которую добыл сам. — Я развёл руками. — Если я приду к нему через полгода и предложу забрать фирму, он немедленно заподозрит ловушку. И будет прав, между прочим.
— А если он узнает про неё заранее, да ещё и через слежку...
— То это уже не моё предложение. Это его личное открытие. — Я улыбнулся. — Он полгода будет ходить и облизываться. Он проверит бумаги, посмотрит на растущий баланс, убедится, что кредиты обслуживаются вовремя, и решит, что нашёл золотую жилу, которую я от него прячу.
— И к моменту, когда ты предложишь сделку...
— Он уже будет считать эту фирму своей. Мысленно он её купит гораздо раньше, чем подпишет бумаги. Останется только оформить.
Серёга потёр лоб.
. — А про Медведково и про Аргентину?
— А вот про них ты не знаешь ничего. И это, кстати, чистая правда: ты действительно ничего не знаешь. Ты видел «фиат» и контору, всё. Расскажешь ровно столько, сколько видел, и врать тебе не придётся ни в одном слове.
Серёга посмотрел на меня с искренним восхищением.
— Ты и меня просчитал, — сказал он. — Ещё до того, как я тебя нашёл.
— Не тебя. Ситуацию. — Я допил пиво. — А теперь давай серьёзно. Он тебя обязательно спросит, почему ты пришёл именно к нему. Что ответишь?
— Что мне не нравится, когда за моей спиной играют втёмную.
— Хорошо. Правдоподобно, и опять же — правда. — Я кивнул. — И ещё он спросит, чего ты хочешь взамен.
— А чего я хочу?
— Ты хочешь гарантий по своим десяти процентам, — сказал я. — Он собирается всех выкидывать, ты это чуешь и хочешь заранее договориться. Это самый понятный ему мотив в мире, потому что он сам поступил бы точно так же.
Серёга долго смотрел на меня.
Потом снова протянул руку.
— Знаешь, — сказал он, — я одиннадцать лет тебя охраняю. И только сегодня понял, от кого на самом деле надо охранять всех остальных.
Не я это начал Серега .
часом позже
Залетев к себе в кабинет генерального офиса , я первым делом перерыл рабочий стол и сейф. Искал любые бумажки, которые могли хоть дать ниточку Аркаше к моим тайным счетам, Медведково или к дальнему аргентинскому берегу.
И... ничего не нашел. Все ключевые документы я давно вывел из оборота, но внутри всё равно оставалось тоскливое ощущение, что я мог упустить какую-то мелкую деталь.
Я прошёлся по комнате, ещё раз окинул взглядом знакомые стены и уже собирался выходить, но на всякий случай подошёл к тяжелому офисному ксероксу в углу и поднял его крышку.
Вот же чёрт.
Прямо на стекле сканера лежала оригинал на ту самую нашу фирмочку — реквизитами, и кредитным хвостом. Вот тебе и конспиратор. Штирлиц, блин, прокололся на самой банальной, глупой мелочи.
Я уже дернулся сгрести бумаги и спрятать их во внутренний карман куртки, но вовремя остановил руку. Замер на секунду, быстро соображая. А ведь это было просто идеальное место для находки! Если эту бумагу обнаружат, это станет лишь ещё одним железным подтверждением того, что Серёга был прав, рассказывая о моих махинациях Аркаше.
Я аккуратно опустил крышку ксерокса обратно, так и оставив бумаги внутри. Повернулся, и вышел из кабинета и плотно прикрыл за собой дверь.
На самом выходе из здания я едва не столкнулся с Аркашей. Он шёл по коридору вальяжно, хозяйской походкой человека, который искренне убеждён, что уже держит весь мир за горло. Заметив меня, он лишь свысока, важно кивнул и прошёл мимо, даже не сбавив шага. За его спиной двое дюжих лбов из его новой «команды» тащили системные блоки и стопки распечаток. По характерным инвентарным наклейкам я сразу понял — выгребали всё подчистую прямо из бухгалтерии.
Аркаша уже сделал свой шаг. Он был полностью уверен, что проводит молниеносную спецоперацию: захватывает архивы, перекрывает мне кислород и застаёт меня врасплох. В его глазах я сейчас выглядел списанным со счетов, растерянным неудачником, который судорожно пытается спасти хоть какие-то крохи. Если бы он только догадывался, что каждый его «внезапный» рейд, каждый изъятый компьютер и каждая подпись были давно прописаны в моём сценарии... Он с жадностью заглатывал наживку вместе с крючком, думая, что забирает абсолютную власть.
Ну что ж, отлично. Завтра свой шаг сделаю я.
Я толкнул тяжёлую стеклянную дверь и вышел на крыльцо. Морозный московский воздух после душных, офисных коридоров приятно обжёг лёгкие. Метель кружила белые вихри вокруг тусклых фонарей, накрывая свежим снегом следы уходящего дня.
Свой «Мерседес» я без тени сожаления бросил в подземном гараже офиса. Машина слишком приметная, слишком светится на камерах и в базах, да и вообще незачем тянуть за собой лишние хвосты. В новую жизнь нужно входить налегке.
Я шагнул к краю тротуара и вскинул руку. Почти сразу у бордюра вильнула и замерла подержанная «Волга» с заснеженным крылом. Водитель опустил стекло и вопросительно глянул на меня.
Я назвал адрес, забрался на заднее сиденье и хлопнул дверью. Машина плавно тронулась, унося меня всё дальше от здания, где догорала моя старая жизнь и намертво затягивалась петля моей последней комбинации.