Страница 83 из 141
— Такое не должно быть разрешено, — добавила я.
Шэдоухоук буркнул в знак согласия:
— Руководство не вмешивается. Вампиры не стали бы сюсюкаться с нами только потому, что мы ученики, вот и они не должны. Нам придется прогнать Команду Вампиров через мост, подальше от реки, и принять бой на той стороне.
Я наблюдала за тем, как Бист и его приятели хохочут.
— Они уже окружили заложников в центре. Они удержат мост. Но что, если мы заставим их самих пойти к нам?
— Как? — спросила Селин. — Они не настолько глупы, чтобы бросить позицию, даже если мы будем их провоцировать.
Я оглянулась назад, в сторону города, где факелы горели оранжевым светом, и у меня вспыхнула идея. Это было опасно, и я могла влипнуть в неприятности, но их план сбросить нас в ледяную реку был куда хуже. Мое настроение сегодня напоминало темную бездонную яму. Смерти в моей семье заставляли меня чувствовать себя неуправляемой, словно во мне зрела буря. Мне хотелось пойти в лес и устроить бойню, выместить свой гнев на вампирах, но придется довольствоваться вражеской командой.
— Мы подожжем половину моста, — сказала я.
Оба резко повернули головы в мою сторону. Даже сквозь маски в их глазах четко читалось изумление.
— Если они хотят играть грязно, мы тоже можем. Я сделаю это и беру всю вину на себя, если у нас будут неприятности. Ниже по течению есть другой переход. Я подожгу восточную часть, и им придется бежать в нашу сторону.
Шэдоухоук переступил с ноги на ногу; они с Селин обменялись взглядами.
— Тебе понадобится жидкость для розжига — алкоголь или смола, — чтобы он вообще загорелся, — сказал он.
Селин постучала пальцами по ножнам кинжала на бедре и тихо хмыкнула:
— Ты не перестаешь меня удивлять, Косторез. Погнали. Если сможешь выгнать их с моста, мы будем ждать в засаде.
Я летела по пустым переулкам города. Холодный ветер щипал открытую кожу вокруг глаз. Проведя несколько месяцев вслед за Вандером, я уяснила Найтхейвен достаточно хорошо, чтобы отыскать таверну и разжиться чем-нибудь легковоспламеняющимся. Я резко свернула в переулок, где не было нависающих балконов, с которых меня могли бы заметить. Я шла на звук музыки и буйного веселья, но именно запах алкоголя привел меня к нужному окну с задней стороны таверны, и я скользнула в кладовую.
Было темно. Лишь тонкая полоска света пробивалась из-под двери, ведущей в зал бара. Полки были уставлены бутылками, и я сомневалась, что они заметят пропажу одной, хотя прежде мне никогда не приходилось красть.
Я бесшумно перешагнула через швабру и ведро. Из кучи в углу я выхватила старую тряпку. Быстро переместившись к полкам, я принялась изучать этикетки в поисках чего-то с высоким содержанием алкоголя.
Шепот, отозвавшийся в моих костях, заставил меня повернуться к той самой двери. Затем последовал скрип, а за ним — шаги. Я растворилась в тенях угла, прижавшись к стене за последним стеллажом.
Я была ассасином.
Тишиной.
Тенью.
Грузный мужчина с густыми усами перевалился через порог. Вместе с ним в помещение ворвался теплый свет, и я вжалась еще сильнее, затаив дыхание. Большинство людей не отличались особой наблюдательностью, и, если я не буду двигаться или издавать звуков, он меня не обнаружит. За большую часть этого года я научилась становиться невидимой.
Посвистывая, он проковылял внутрь и сцапал стеклянную бутылку с янтарной жидкостью. Он замер, бросив взгляд на… открытое окно.
Черт.
Ошибка новичка.
— Странно, — пробормотал он. Его тяжелые шаги отдавались треском при каждом движении. Мое сердце стучало в такт им.
Одной рукой он захлопнул окно и ушел. Дверь за ним щелкнула. Я выдохнула сквозь зубы и сделала мысленную пометку: всегда закрывать за собой окно.
Я выскочила из укрытия и провела пальцем по этикеткам. Быстрее, быстрее. Вся моя команда ждала меня, а у нас было время только до полуночи. Сдернув хрустальные пробки с нескольких бутылок и принюхавшись, я наткнулась на виски с ощутимо крепким запахом. Это подойдет. Если ничего не выйдет, я стану полным позором Команды Ассасинов, и мы снова проиграем.
Этого не случится.
Я выскользнула обратно в переулок, бесшумно закрыв за собой окно. Пока я неслась по задворкам, избегая встреч с людьми, я заметила тень, следовавшую за мной на расстоянии.
Кожу покалывало.
Вандер.
Мне не нужно было видеть его вблизи, чтобы знать. Что-то во мне узнавало его. Хотя я была удивлена, что он позволил мне заметить себя. Если только он сам этого не хотел. Я улыбнулась и на предельной скорости рванула к первому мосту, ниже по течению от места, где ждала другая команда. Я сбавила ход, вбегая в сосновую рощу, и глянула через плечо. Вандер был там, где-то среди зданий, даже если я и не могла его разглядеть. Я помахала рукой и подняла бутылку виски. Ваше здоровье! Я готова была поклясться, что услышала глухой смешок, и вернулась к своей миссии.
Я двигалась быстро, полуприсев, избегая листьев и шишек — всего, что могло меня выдать. Едва Команда Вампиров показалась в поле зрения, я поползла, прижимая бутылку к груди одной рукой. Жидкость тихо плескалась внутри.
— Неудачники, должно быть, слишком напуганы, чтобы приблизиться к нам, — произнесла девушка из их команды. — Не может быть, чтобы они нас еще не засекли.
— Конечно, они напуганы, — рявкнул Бист, и его голос разнесся в темноте достаточно громко, чтобы его услышал любой в радиусе трехсот ярдов. Я искренне его ненавидела. — Ассасины должны быть бесстрашными. Когда они уже начнут проводить отсев и отправлять слабаков в Лотлтон? Кучка бесполезных придурков, если спросите меня.
— Только лучшие из лучших должны становиться ассасинами, — согласился кто-то еще. — Им стоит избавиться и от той девки-чужачки. Ее вообще не должно было здесь быть с самого начала. Из нее вышла бы отличная мешковина для крови вампиров.
— Косторез не пройдет свое ученичество, — мрачно проговорил Бист, будто собирался лично это устроить. — Вампиры в конце концов доберутся до нее, — быстро добавил он. — Мы с Дредом общались и сошлись во мнении, что стандарты должны быть выше. Никаких крестьян из Лотлтона — в ЛОА должны допускаться только выходцы из семей воинов или ассасинов. Ученым костям тут тоже не место. Это плодит слабость.