Страница 123 из 141
Вот и всё. Я выложила всё напрямую. Страх кружился и разрастался вместе с предвкушением и тоской, пока я ждала его реакции.
Уголок его рта изогнулся, а пальцы легко провели по моей ладони, после чего он переплёл свои пальцы с моими:
— А что мужчина дарит девушке, если чувствует то же самое?
Моё дыхание пресеклось:
— Эм… он дарит ей кинжал с таким же защитным узлом, вырезанным на набалдашнике, чтобы она могла беречь его сердце, пока он далеко.
— Понимаю. — Он дотянулся до своего бедра, вытащил кинжал Вайпера и вложил рукоять мне в ладонь. Слезы обожгли глаза с внутренней стороны. — У меня пока нет такого особенного кинжала, но я достану его. А пока я отдаю тебе этот. Держи его при себе. Носи на бедре.
Никто здесь, в Найтхейвене или в Дракхаре, не знал значения защитного узла, который он носил. Это был обычай только Неверглейда. Если бы они увидели его, то приняли бы за обычное украшение, но, если бы я надела сделанный на заказ, крайне узнаваемый змеиный кинжал Вандера, все бы поняли, что за этим кроется особый смысл.
— Он ведь так важен для тебя. Это твой…
Он улыбнулся, взялся за мой подбородок и притянул меня к себе для поцелуя:
— И ты думаешь, что ты не важна?
Я коснулась клинка с выгравированной надписью ВАЙПЕР. Он только что назвал меня своей. Не просто своей ученицей… своей. Своим сердцем. Он вытащил кинжал, который висел у меня на поясе, и кивнул на пустые ножны.
Я сглотнула подступивший к горлу ком эмоций. Придётся списать эти подступающие слёзы на алкоголь:
— Ты временами слишком требователен.
— Тебе это нравится.
Я тихо засмеялась и вложила золотой кинжал Вайпера в ножны на бедре:
— Что именно заставило тебя изменить своё решение? — Ведь всего несколько дней назад он пытался задавить эти чувства между нами.
— Сегодня вечером я понял, что у меня есть выбор.
Я кивнула. Я чувствовала это, когда уходила от него.
— Я мог уйти и никогда не возвращаться, либо пришло время выбрать тебя. И не как мою ученицу, Эйсира. И вот я здесь. Я волновался, и всё ещё волнуюсь о том, насколько всё это опасно между нами. Но даже зная, кто я такой, ты не отвернулась от меня, и с моей стороны было эгоистично думать, будто решать должен я один. Так что если ты хочешь быть со мной, со всеми моими изъянами, рисками… — он провёл языком по клыку и снова чуть улыбнулся, — …и зубами, то я твой. Я хочу тебя. Я вожделел тебя с того самого момента, как впервые увидел. — Он убрал кинжал и провел шершавой ладонью по моей шее. Он был без оружия, уязвим; он позволил мне увидеть свои настоящие эмоции вместо привычной маски. — Было время, когда я хотел умереть, но ты дала мне повод жить, Эйсира.
Слеза скатилась по моей щеке:
— Я хочу тебя, Вандер. Я подарила тебе тот амулет уже после того, как узнала, кто ты. Я хочу тебя. — Я сжала пальцы вокруг защитного узла у него на груди и прижалась поцелуем к его мягким губам, пока далекие крики не коснулись моего слуха. Я едва разделила их за музыкой и шумом буйной толпы, но жизнь в Лотлтоне научила меня сразу распознавать крики.
Я глянула в сторону окна. Может, это дети визжат от веселья? В такой час большинство из них уже должны быть дома… Несколько человек пробежали снаружи. Свет факела у входа задрожал от быстрого движения.
Снова крики — всё ещё далёкие, но абсолютно точно не игровые. Это была опасность. Вандер вгляделся в окно и медленно убрал от меня руки.
— Там что-то происходит, — сказала я. — Пожар?
Вандер мягко ссадил меня со своих колен, и мы встали бок о бок. Он повернулся к игорным столам. Игры продолжались. Люди ликовали и недовольно гудели при проигрыше. Никто больше внутри заведения, похоже, не замечал суматохи снаружи. Вандер издал короткий свист:
— Тэйвин, Селин, Кэмден. — Он махнул им рукой, подзывая к нам.
Они мгновенно бросили игру и подошли.
— Что-то не так, сэр? — спросил Кэмден.
В животе у меня всё сжалось. Жуткое предчувствие захлестнуло меня, и мой глаз метнулся к нашему оружию на стене.
Крик прямо за дверью заставил большую часть зала затихнуть. Музыка всё ещё играла, но трёп утих. Воины за столиком в нескольких шагах от нас поднялись на ноги.
— Что происходит? — спросил кто-то.
Входная дверь с треском распахнулась, и на пороге возник объятый ужасом мужчина:
— На город напали! Вампиры внутри стены!