Страница 20 из 77
— Почерк столичный. Мастерская Оленских на Мойке, в Петербурге. Я узнаю способ крепления кристаллов. У Оленских фирменный метод – вместо клея используют магнитный сплав. Так больше никто не делает. Их учеников во всей Империи можно по пальцам пересчитать.
— А по самому механизму можно узнать заказчика? – спросил я, хотя понимал, что это маловероятно.
— Здесь нет ни клейма, ни серийного номера. Дестабилизаторы – вещь запрещённая, маркировке не подлежат. Заказчика вычислить можно только одним путём: доехать до мастерской и спрашивать на месте. Но сомневаюсь, что Оленские признаются в создании запрещённого артефакта. Хотя у вас есть другой вариант: купить информацию у кого-то из приближённых к ним людей. Но это уже ваша забота, барон.
Пока я разговаривал с Листратовым, Ярина вертелась у полки с механическими крысами. Я краем глаза видел, как она взяла одну в руки.
Крыса тут же ожила – зашевелила усиками, засучила лапками. Ярина улыбнулась, и крыса забралась ей на плечо. Потом юркнула за воротник. Скользнула по спине и устроилась где-то в складках платья. А друидка рассмеялась.
Чем привлекла внимание Листратова. Его лицо, и без того неприветливое, стало ещё суровее.
— Госпожа, эта крыса стоит шестнадцать рублей, – сообщил он.
Ярина повернулась к нему с самым невинным выражением, на которое была способна.
— Какая крыса? – захлопала она глазами.
— Та, которая сейчас у вас на спине. Я слышу работающую пружину.
— Она сама ко мне залезла! Ей у вас скучно, а со мной ей тепло и весело.
Как маленькая, ей богу.. Уже жалею, что взял её с собой. На каждом шагу нашего путешествия она что-то вытворяет, хотя в лесу вела себя куда более смирно.
Листратов посмотрел на Ярину. Потом на меня.
— Борис Владимирович, включите крысу в общий счёт. Я покупаю, – сказал я, смотря на радостное лицо Ярины.
Ярина с удивлением взглянула на меня. Видимо, не ожидала такого жеста. А потому подошла ко мне и тихо сказала, даже без колкостей:
— Спасибо, Дубровский.
Крыса высунула медную мордочку из-за воротника Ярининого платья и пошевелила усиками. Мастер какое-то время молчал. Потом махнул рукой.
— Ладно. Но если сломает, ремонт будете оплачивать отдельно.
— Договорились, – расплылась в улыбке Ярина.
Данила же всё это время с непониманием смотрел на нас. И шарахался от любого механизма, который норовил ожить в самый неподходящий момент и запрыгнуть на него. Парню это место явно не понравилось, собственно, как и многим жителям саратовской губернии, предупреждали же.
Я расплатился. Листратов пересчитал монеты, убрал в ящик. Ни “спасибо”, ни “приходите ещё”. Просто повернулся и ушёл вглубь мастерской.
— Можете уходить, – бросил через плечо.
Я вежливо попрощался, несмотря на всю сухость мастера, и мы вышли.
Когда дошли до лошадей, я отвёл Горенкова в сторону. Хотел сразу с ним поговорить.
— Михаил, мне нужно, чтобы ты поехал в Петербург.
Горенков скривился, услышав новое задание. Причём так, будто я предложил ему прыгнуть с колокольни.
— Сева.. Я бы.. Понимаешь, тут такое дело. У меня в Волгине.. – сразу замялся он. И снова почесал затылок.
— Что в Волгине? – прямо спросил я.
— Ну.. Познакомился я там с девушкой. Мы только начали, понимаешь, общаться. Если я сейчас уеду..
Эта отговорка меня совершенно не устраивала. Ладно бы повод был серьёзный, а обычное свидание можно и перенести. Ведь в Саратов Горенков с нами отправился без лишних вопросов.
— Миш, скажи прямо, работа тебе дорога? Тебе же нужны средства, чтобы покупать девушке цветы, водить в рестораны? А когда съехаться захотите, на что будешь оплачивать жилье?
Он замолчал. Посмотрел на свои сапоги, которые были сильно поношены. Кивнул.
— Да, я бы не хотел терять работу, – тихо ответил он. – Понимаю, неправильно расставил приоритеты. Влюбился я, совсем голову потерял.
— Понимаю, и как раз после командировки у тебя будет возможность купить девушке подарок, на премию, которую я выпишу. Плюс командировку оплачу полностью. Дорога, гостиница, питание тоже.
— Куда, говоришь, ехать надо? – глаза у Горенкова тотчас загорелись.
— Твоя задача – добраться до мастерской Оленских на Мойке, узнать, кто заказал дестабилизатор. Деньги, обаяние, хитрость – используй что хочешь. Мне нужно имя заказчика.
— А если не скажут?
— Тогда позвонишь мне, и мы что-нибудь придумаем.
Как раз у меня будет время, чтобы обдумать разные варианты.
Мы вернулись к лошадям и помчали обратно в Саратов. В город вернулись уже к вечеру. Времени до поезда оставалось часа три, и я решил потратить их с толком.
Первым делом мы зашли в аптеку “Долголетие”, там продавалось то, чего в Волгине не сыскать. Список Лизы я держал в кармане, написанный её аккуратным мелким почерком: ртутная мазь, хинин, бинты, нашатырь, камфорное масло. Всё мелкое, негабаритное, в сумку влезет. Аптекарь упаковал заказ за десять минут. Ни одного вопроса, ни одного удивлённого взгляда.
Потом была книжная лавка. Я купил два справочника – один по лечебным травам Поволжья, второй по магическим болезням крови.
Нужно разобраться, как помочь Павлу. Вода Истока дала ему время, но это не лечение. Мы водили его к Истоку второй раз, но уже никаких изменений не было. Процесс превращения в человека остановился.
Где-то должен быть способ вернуть человеку прежний облик, и я его найду. Если не в этих книгах, то в других. Возможно, сработает какая-то алхимическая комбинация с водой из Истока.
По дороге от книжной лавки нам попался рынок под открытым небом, шумный, с рядами, от которых пахло специями и жареным тестом. Ярина остановилась как вкопанная.
— Что это? – она вытаращилась на прилавок, за которым горой лежали апельсины. – Это такие яблоки? Почему они оранжевые?
— Это апельсины, их привозят с юга. Попробуй.
Торговец, смуглый армянин в фартуке, протянул Ярине дольку. Она откусила, и у неё расширились глаза.
— Дубровский! Почему ты мне раньше не говорил, что такое существует?! – кажется, она не умеет говорить без возмущения.
— Потому что в лесу апельсины не растут, – вздохнул я.
Снова возникло такое чувство, что объясняю ребёнку очевидное. Однако оно было обманчивым, поскольку я попал сюда из более технологически развитого мира. И когда дело касалось магии, бывало поначалу и сам мучил Валерьяна глупыми, по его мнению, вопросами.
— Тогда надо, чтобы росли! – заявила друидка.