Страница 46 из 51
Глава 15
Глава 15
Мирэя
Вечерело. Свежий океанский воздух дразнил порывами ветра. Я куталась в тёплую накидку из сокровищницы Тайфуна и с тоской глядела, как солнце катилось к горизонту, словно мечтало нырнуть в его пучину и утонуть в глубинах. А вода была удивительно спокойная..
Еда появлялась, как и обычно, но Тайфуна я больше не видела. Звала, просила.. Он молчал. Вскоре одинокие прогулки по берегу океана стали единственной забавой и развлечением. И самое странное, что я больше не ждала спасения, ни корабля, ни вертолёта.. ждала с щемящей болью в сердце друга своего верного, чудовище океанского, гада-амфибию, кто приручил меня как-то незаметно, и теперь заставлял волноваться и его ждать!
Питомица? Нет, с этим жутким понятием я так и не сжилась.. скорее я чувствовала, его игрушка. Не забава, но игрушка, и сейчас он меня бросил как ребёнок, кому она надоела. Мальчишке, кому не угодила любимая игрушка.
Это дико больно ранило.
Так ранило, что я всё чаще задумывалась, может, стоило уступить? Но на смену повиновению и смирению, тотчас накатывала моя гордыня и строптивость. Я лучше вплавь океан попробую переплыть, чем позволю меня шантажировать и принуждать.
Я и только я решаю с кем, когда и как!
Вела мысленный спор, а на воду глядела в надежде, то он придёт, но его по-прежнему не было.
Когда ветер стал промёрзлей, нагнал туч и поднял волны, я удручённо вернулась в пещеру и только там дала волю слезам. Так погрузилась в опустошение и одиночество, что не сразу ощутила на лице дыхание и вкус солёной воды. Разлепила зарёванные глаза. Рядом лежал Тай. Меня даже не смутило, что он был так близко, что дышал мной. Больше смущал его взгляд — жадно следящий за мной.
— Как у тебя получается создавать воду?
— Воду? — вторила глупо, шмыгнув носом. С трудом цепляясь за вопрос потому что глохла от грохота осчастливленного сердца.
— Воду, — кивнул Тай, мазнув пальцем по моей щеке и с удивлением уставился на каплю на подушечке верхней фаланги.
— Это слёзы.. — не сразу нашлась.
— Слё-ё-ёзы? — протянул Тайфун, будто прислушивался к звучанию. А потом поверг в шок, её слизнув. Задумчиво смаковал, и ввёл в больше оцепенение, когда поцелуями собрал с моего лица и другие слезинки.
— Солёные! — столько радости было в голосе, что я так и пребывала в немом ступоре. — Удивительно, — продолжал задумчиво звучать амфибия, — вы пьёте воду, чтобы выплакать воду.. Чтобы создать солёную воду! — шептал с восторгом. — Вы создатели морей и океанов? — огорошил очередным вопросом-шокером.
Я лишь недоумённо хлопала ресницами.
— Нет, — буркнула, опять шмыгнув носом, — это всего лишь слёзы..
— Но на вкус они — мой мир.. — его глаза потемнели. — Ты на вкус как мой мир, — голос скатился до бархатной хрипотцы. — Ты нравишься мне, Непокорная Мирэя. И я счастлив, что спас тебя..
— Тогда скажи, за что ты так со мной?
— Как? — не мигая смотрел глубокими озёрами глаз Тай.
— Заточил, ломаешь.. не говоришь толком, уходишь, не прощаясь и пропадаешь. Я ведь живая, Тай! Я чувствовать умею. Я грущу, переживаю, умираю..
— У меня бывают дела.
— В моём мире, неважно надолго или нет, уходя, предупреждают. В моём мире отвечают на вопросы и делятся мыслями..
— Мне кажется я и без того много говорю, — хмуро подметил амфибия.
— Это не так! — возмутилась тихо. — Ты не отвечаешь даже на самые простые вопросы!
— Например?
— Почему, спасая, ты меня в пещеру запихнул?
— Не знал, что делать. На самом деле, — запнулся Тайфун, выглядя растерянным, — я даже себе не мог дать чёткого ответа, зачем тебя спас. На остров к своим сразу не осмелился, а вот в пещеру..
— Я могла умереть!
— Знаю, — прилетело спокойно, — а из-за моего поступка могла пострадать вся колония.
— Значит, нужно было оставить как есть.. утонула бы, хоть не мучилась.
— А ты разве мучаешься?
— Это глупый вопрос. Я взаперти! На чужом острове, где сижу она в пещере!
— Но я спас, — повисло молчание. — А потом, — чуть погодя, — не знал, что от тебя ожидать. Какую хворь ты могла занести в мой мир. Я вообще не был уверен, что выживешь. Ты здорово повредила и голову, и тело..
— И душу, — прошептала в никуда, с тоской вспоминая тот жуткий день. Вернее, вечер, когда услышала своего жениха и Аниту. — Думаю, — тихо жевала слова, ковыряясь в мыслях, — если бы я умерла, вам бы всем от этого было лучше и спокойней.
— Тогда? — задумчиво пробормотал Тайфун. — Вероятно, — кольнул ровной правдой. — Но я рад, что ты нашла силы выбраться из пещеры. Ты доказала, что желаешь жить, — опять запнулся, — и я смог узнать какая ты, Непокорная Мирэя.
— И какая я? — глупила, в глаза его чарующие продолжая смотреть. Тонула как и всегда в светлой зелени, где зрачок то суживался, то расширялся. Затаила дыхание, до трепета ожидая ответа, который бы меня устроил. Тот, которого так ждала, но так страшилась, ибо окончательно пропаду и потеряю себя.
— Другая, — как всегда удивил Тай. — Совершенно иная. Ни на какого не похожая, и поэтому так меня притягиваешь.
— Но я жить хочу, — всхлипнула вновь. — Я умираю тут, понимаешь? Я другая, и мир у меня другой. Там.. — дрожал голос, — много людей. Много развлечений. Учёба. Работа.. Мне не хватает этого..
— Толпы и праздников? — обобщил сухо Тайфун.
— Да, — кивнула слезливо.
— Тебе мало меня..
— Ты себя переоцениваешь. Мне мало всего, — упиралась, остаточно шмыгая носом. — Я привыкла к яркому и праздному существованию. В кругу шумной компании. Магазины, клубы, кинотеатры. Танцы, смех, музыка.
В пещере повисло тугое молчание, лишь треск поленьев костра его нарушал, да блики от пламени играли на стенах и теле амфибии.
— Пошли, — встал на ноги Тай и кивнул на выход из зала.
— Куда? — возмутилась тихо, но фраза Тайфуна: «Если пообещаешь быть тихой, я покажу тебе праздник», — заинтриговала.
— Какой? — ещё не знала, радоваться или паниковать, но уже послушной девочкой спешила за амфибией в подступающий сумрак улицы.
— Важный, — значимо кивнул амфибия, — его у нас особенно ждут..
По дорожке, которую толком не помнила, дошли до речки, по изгибу вглубь и замерли за высокими кустами, но с обзором лагеря амфибий.
— Тай, — испуганно шикнула, прижимаясь к нему, как к стене, что загороди от непогоды, врагов.
— Тшш, — прошелестел, на меня сверху-вниз глядя Тайфун: палец к моему рту приложил. Кивнул на лагерь, где сегодня к моему безмерному удивлению было людно и светло — общий костер полыхал посреди поляны, кучковались амфибии: и мужчины, и женщины.