Бес с тобой

— Дурак ты! Не понять тебе, — всхлипывает, утираясь от спермы.

— Да я и не пытаюсь, — равнодушно отпиваю водки, горечь глотая, а она уже не обжигает.

— Вот именно, — шмыгает носом, оправляясь после траха. Салфетку, которую из сумочки выудила, в мусорку близ выхода кидает. — Я оттуда, где считается нормальным, когда мужик бьёт бабу. В деревнях, знаешь ли, выбор не шибко богатый. А когда с этим живёт не одно поколение, смиряешься и живёшь как все. Он хотя бы мужик.. Поэтому.. Да и не мечтала я, что ты на такую, как я, западёшь.

— Какую? — вновь отпиваю водки. Уточняю не из-за интереса, просто хмель за язык дёргает. На деле по хрену мне на душевные излияния Юльки. На её заморочки. Проблемы, претензии. И на неё по хрену.. Мне на всех и всё по хрену!

— Деревенскую простушку.

— Ценить себя нужно, — не поучаю, сорвалась идиотская мысль, и только. Но если честно, раз уж её на рассуждения тянет, я тоже могу высказаться: — Ты нормальная. Симпатичная, фигуристая, готовишь не плохо. Хозяйственная. Работаешь. Не пьющая, не гулящая.. Просто не там и не тех выбрала.

— Вот и Галя так говорила..

Глухо посмеиваюсь:

— Ну, она точно в этом толк знала, — сарказм не с пустого места. Галя тоже в город откуда-то из глухой деревни приехала. И по рукам быстро пошла. Пока на наркоту не села. Вроде молодец — в медицинском училась, а потом тяжко было. Запоях наркотических летала. Если бы не близкое знакомство её мамаши и Пастора, уже тогда бы в канаве сдохла. А так.. курсы реабилитации. Восстановление в институт. Помощь в трудоустройстве.

— Вот именно, — сильней наводняются глаза Юльки, — знала.. — с рыданием выделяет слово.

Запоздало реагирую. Пристально смотрю немым вопросом. Юлька вообще топится слезами. Брюнетка на столе раздражает непонятливостью:

— Сдулась отсюда, — головой качаю на выход. Девчонка вытаращенными глазами водит. Бл*! Догадливо в карман джинсов рукой ныряю, купюру рыжую на стол бросают. Брюнетка тотчас испаряется, даже материться не приходится. — Выкладывай, — вновь к бутылке прикладываюсь. Не манерничая — пью из горла.

— Хочешь сказать, что не знаешь ничего?

— Б*, бесишь, Юль, — рявкаю, отхлебнув бесцветной жидкости.

— Она, — шмыгает носом бывшая, — два дня назад от передоза умерла.

— Ну и бл*ща тупорылая. Был шанс..

— Ты что, не врубаешься? — срываться на крик Юлька. Даже опешиваю. Она никогда не повышает голоса. — Не пережила Галюся расплаты за вашу помощь.

— Захотела бы жить, сглотнула, — подмечаю холодно.

— Это вам просто, убивать. А она..

— Ты что мелешь? Кого она могла убить? — Вопрос застревает в глотке. Не хочу знать ответа. Но, затаив дыхание, жду.

— Ты что, правда не в курсе? — с щеки смахивает ладонью слезы Юлька.

Молчу, сигарету в рот, прикуриваю. А в голове яростно бьётся мысль, которую не желаю услышать из уст бывшей вслух.

— Чёрт! — утыкается лицом в ладони Юлька. — Теперь понятно, почему ты не со своей маленькой принцессой.

— Она не моя, — зло дым в сторону.

— Да-да, — кивает с горечью бывшая. — Какая же я дура, — бормочет устало. Рукой упирается в спинку мягкого дивана, разделяющегося нас. — На тебя грешила..

— Бл*!!! — не выдерживаю истерики Юли и своего подвешенного «понимаю-не понимаю».

— Дед твоей принцессы, — мнётся бывшая, подбирая слова.

Уже слышу в молчании так чётко, что почти глохну.

— А Галя.. не выдержала, бессвязно бормочет, смотря в никуда.

— Когда?

— Завтра похороны, — секундами позже отзывается Юлька, чуть успокоившись. — Бес, девочка одна. Одна!

Слова, точно гвозди, проникают в мозг. Одна! Девочка! Одна!

В груди долбится яростно сердце. Яд медленно отравляет душу.

— Сама всем занимается.. документация, приготовление к похоронам, — долетает издалека и метко пробивается в сознание. — ..а я подумала, что ты сделал дело, и..

— Пошла вон! — Голос с трудом смахивает на мой — глухо прорезает висящую тишину вип-комнаты.

— Бес..

— Вон!!! — воплю хрипом. Он аж глотку дерёт. Юлька шарахается к двери аккурат, как она распахивается. На пороге застывает Тихоня. Пьяный. Уже герой. И видимо с разборками..

— Мить, — испуганно взвизгивает Юлька.

Тихоня сходу ей по лицу лупит затрещину. Не могу смотреть, когда бабу бьют. За дело или нет — не моё любимое кино.

И героем не желаю быть, но пора уже идиоту объяснить, что ещё с детства формируется в любом существе: бить женщин нехорошо!

Сигарету в зубы, несколько шагов к парочке.. Тихоня в это время сыплет маты в сторону любовницы и робкие угрозы мне, но кулаками припечатывая к Юльке.

На очередном ударе парня затыкаю парой своих.. точно в морду и в нос. Кость приятно хрустит, брызжет кровь.

— Нет, Бес, нет, — верещит Юля, бросаясь на защиту своего сокровища.

А я уже кулак заношу для контрольного, над поверженным Тихоней, чтобы окончательно разъяснить, что махаться с женщинами просто, особенно, когда они не отбиваются.

Плююсь в сердцах и оставляю парочку наедине. Мириться, слёзы утирать друг другу, слюни, кровь.

И правда стоят друг друга!