Бес с тобой

ГЛАВА 13

Бес

В таком ритме проходят несколько дней. Дикие до простоты по ощущениям и сумасшедшие по информативному накалу. Самое интересное, я бы не назвал Арю болтухой. В основном она молчит, занятая своими делами. Уроки, рисунки, уборка.. Но если задать вопрос — с удовольствием отвечает, а так как красноречием девчонка блистает, вот и получается — слово за слово.

И это хорошо. Мне-то особо рассказывать нечего. Истории не самые благовидные, не самые душевные, да и грязи в них предостаточно. НЕ для ушей мелкой. Тем более, если поведаю хоть что-то запретное, мне придётся её самолично убить!

Если бы не тягучее молчание, в котором тону от обостряющегося разврата больше, чем в непринуждённой беседе, я бы позволял ей молчать часами. Но столь обыденное по отдельности: Арина, тишина, уединение, мрачный дом, моя задумчивость.. а в совокупности: мы с Риной наедине, в тишине, одни дома.. разыгравшееся воображение — обостряют мой порок до стадии неизлечимого. Поэтому всеми силами старюсь наши посиделки сделать лёгкими по общению, полными по занятости.

И нет бы просто — убедился, что с ней всё нормально — и шурую домой, да только.. не могу. Рина как магнит. Разок попав в радиус её поля воздействия — уже сложно оторваться. Она притягивает. И не только взгляд.

Чувства и эмоции.. Она безраздельно щедра. Делится, даже если у меня откровенно настроение плохое, и в голове крутится очередное задание от Пастора. Тем более если опустошен, и нет ни желания, ни сил общаться.

Аринка живая настолько, что завораживает своей энергией. Топит, наполняет. Вот и я. Как ненасытное чудовище давлюсь, но пью. Подыхаю, но травлюсь. Захлебываюсь, но глотаю.

И впервые чувствую, как никогда, что живу.

Впервые ощущаю полноценность.

Семья — неприемлемое для моего существования слово, играет настоящими красками. Красками жизни.

Мелкая — мой кислород. Мой воздух. Обретённый смысл..

Светлая, чистая, милая, улыбчивая..

Такая маленькая и такая большая. Юная, но взрослая. Очаровательно невинная и обольстительно непосредственная..

НО НЕ МОЯ!

Просветление тяжко даётся — сродни неожиданному удару по голове.

НЕ ДЛЯ МЕНЯ!

Аж кишки скручивает от горечи.

Не моя!

Бесова кровь кипит, требуя выхода.

НЕ моя..

Раздирает душу и, теряя контроль над собой, я по обычаю ретируюсь. Ловлю себя на неутешительной мысли, хватаю куртку, сигарету и ухожу.

Домой. В поиске тепла. Женского.. В поиске того, что поможет снять напряжение..

А когда переклинило первый раз, едва смог ноги передвигать. Меня в прямом смысле парализовало от неуместного и неправильного плотского голода. Так сводило пах, что коснись меня мелкая в тот момент, кончил бы на месте, как зад*т, впервые ощутивший стояк и передернувший ствол.

С чего спрашивается?

Вроде всего лишь слушал о деталях семейной коллекции, которая принадлежит роду Коган несколько веков. О том, что уже собрано. О том, что ещё найти. Ринка то по столу ёрзала, за журналом или каталогом не дотягиваясь. То карандашиком постукивала по столешнице, то его в волосы втыкала..

Звуки булькали, проникая в мозг, с каждым пузырём меня наполняя и подгоняя к неотвратимому передозу, а я завис на мимике девчонки. На зелёных глазах, играющих оттенками в зависимости от содержания и увлеченности рассказа. Её брови: то съезжающие к переносице, то взлетающие вверх. И губы.. Эти неподражаемые губы.

Рассказ невинен, а картинки перед глазами зашкаливали своей откровенностью. И бл*, не было ничего краше, эстетичней и желанней этих грёбаных.. полных, чувственных губ и того, что я с ними хочу сделать. Ничего грязного и плохого. Ничего из ряда вон выходящего или извращённого. Всё строго впихиваемое в понятие «секс». А в сексе грязи быть не может. Это природа, инстинкт, и сейчас мой инстинкт вопит и требует: «Завладеть этими губами!!!» Даже если напугаю животной страстью и причиню боль в нетерпении. А потом оттрахать, как только в голове перещёлкнет.

И это будет..

И это будет настолько правильно и хорошо, что аморальней не придумаешь!

Если первый мой внезапный уход Арина чуть обиделась, спроецировав причину на себя, то остальные уже принимала, как должное — вот с таким человеком живу. Охренительно круто, когда рядом такая понимающая и чистая душа. Как маяк в темноте — во мраке, где давно брожу, не находя пристанища.

Потому и возвращаюсь..

Арина

В воспитанном обществе принято здороваться при встрече, прощаться, расставаясь, и допустимо при срочности и спешности — отмахиваться какими-то банальностями. Часто выдуманными причинами, зато хоть как-то объясняющими действие или некультурность в тот или иной момент. Но это явно не про Диму.

Он появляется из ниоткуда, смущает близостью, привносит раздрай в и без того суетное мышление. Маячит рядом, как тень. Безмолвный собеседник, настойчивый слушатель.. И уходит так же внезапно, порывисто: у меня всегда в груди щемит. Слова обрываются, дыхание надламывает — стою, опущенная ниже воды и опустошенно смотрю вслед. Своему «никто и всё» — кто наравне со спасением неотвратимо меня уничтожает. Не специально — это мои тараканы и они становятся навязчиво озабоченными. Но с каждый приходом Дима меня пленяет крепче. С каждой минутой привязывает сильнее. С каждый вздохом порабощает, и я всё чётче понимаю, что чем ближе он, тем меньше меня. Он становится неотъемлемой частью моей жизни. Моего утра, дня, вечера, ночи..

Я уже до такой степени привыкла к нему, что начинается ломка, если не слышу, не вижу, не ощущаю. Никогда не была зависима, а теперь.. я погрязла в дяде Диме.

Это стыдно, безнравственно и некрасиво. Я не имею права на какие-либо чувства в его сторону. Он чётко разграничил — ты подопечная, я присматриваю. А то, что звучит иной раз двояко, так это мои проблемы. Видимо, я всё же нехорошая девочка, потому что мои мысли далеки от невинного и чистого. Мелькают такие картинки и фантазии, что от жара задыхаюсь, тушуюсь, мнусь, прячу глаза.. Не смею поднять красное от стыда лицо и встретиться со взглядом моего персонального наваждения. А вдруг помёт, вдруг прочтёт? Он ведь.. куда опытней! Смекнёт, что мелкая дурочка втрескалась в него по уши и теперь только живёт редкими встречами. И уйдёт! Только навсегда! Или посмеется! Не переживу насмешки. Первая любовь она.. может убить, особенно такую ранимую душу, как моя.