Страница 12 из 75
После нас из чрева Скотинки выкатился новейший глайдер-танк под управлением Правофлангового.
Пусть прикрывает пути отступления. Всё посерьёзке, а вы чего думали.
Меркурьев выглядел мрачным, подавленным и раздражённым. Молчал всю нашу короткую дорогу до дворца на берегу озера, лишь изредка что-то бормотал, когда видел на дороге пьяниц или поломанных сервов.
— Послушайте, Валентин. Вы что, серьёзно думаете, что у меня есть какой-то интерес… к вашей жене, — очень тихо спросил я.
Он вздрогнул и проворчал:
— Кто вас знает. Знаете ли… Светлана — очень, очень красивая женщина и, к тому же, знатная, с Первопрестольной… А падких до чужого добра на планете знаете как много?
Тут пришла моя пора удивляться.
— С Первопрестольной? Серьёзно? И что она тут за… То есть, как это получилось? Да вы, я так понимаю, герой, раз смогли охомутать столичную красотку!
Октавия бросила на меня укоризненный взгляд через плечо.
Ну да, да. Я очень по диагонали прочитал досье, которое она мне принесла утром, когда я собирался.
Валентин же слегка подобрел, даже почти улыбнулся, сказал.
— Годовые курсы Высшей Школы Хозяйствования, отец тогда выиграл грант для меня… Встретил её в ночном клубе.
— Знатный кровей… А не могли бы вы назвать мне её девичью фамилию?
— Ганзориг. Светлана Чингизовна Ганзориг, — отчеканил Валентин. — Она — нойонка.
Тут я вспомнил и сопоставил: с одной стороны, отчёты и собранное досье разведчиц-горничных на Светлану, которое я по диагонали посмотрел рано утром. И наш короткий диалог с Лу Олдриной с Первопрестольной.
Сопоставил и напрягся. Потому что Ганзориги — заклятые враги Олдриных. Обширный род, реконструировавший кочевые традиции, анархизм и восхвалявший космическое и планетарное пиратство ещё до пришествия Орды. А после начала вторжения всё ещё более усилилось.
По счастью, Орда виделась их идеологам как некое жуткое извращение и пародия на их идеалы свободы… что не мешало им продвигать абсолютно-безумную и эзотерическую теорию о том, что «орду можно победить только другой ордой».
В общем, я решил, что встреча обещает быть как минимум интересной и даже важной. Потому что, по сути, это уже была не встреча с баронессой захудалого провинциального рода, это была моя первая встреча с нойонкой, вторым по старшинству дворянским чином Ганзоригов, этих кочевников-интриганов.
Поместье было шикарным. Длинная терраса вокруг, четыре этажа, беседки, сады, лабиринты. Нас встречали только сервы и десяток инфильтровавшихся горничных — других людей почему-то в поместье я так и не увидел.
Нас проводили внутрь, через десяток дверей, в просторный зал. Везде пахло благовониями, играла легкомысленная музыка.
Под опахалами, которыми прилежно орудовали двое смуглых юношей пустынгерских кровей, возлежала она. Восточная богиня. Шемаханская царица. Семирамида Герберы…
— Вот это женщина… — тихо-тихо пробормотал Макс, когда мы расположились за низким столиком, полным фруктов.
Тут я еле сдержал улыбку. Вот это женщина, да уж.
— Ва-алечка? — манерно произнесла богиня. — Это вот эта-а вот гра-аф, да-а? А ска-ажи что-нибудь па-а-гра-афски, граф?
Разговор действительно обещал быть интересным.