Страница 80 из 128
Луна встала с колен и, найдя на полу камень, прочертила черту у круглого лаза, в котором, как ей казалось, она уже побывала. Подойдя к другому, она поставила такую же отметку и, глубоко вздохнув, вошла внутрь. Коридор был как две капли воды похож на предыдущий. Выскочив обратно в пещеру, Луна даже не удивилась. Она молча отметила выход и нырнула в новый лаз.
В голове тем временем крутились мысли:
«Это, скорей всего, сон. Почему? Да потому что со мной нет Фиччика. Он мой хранитель и обязательно был бы рядом. Жадеида мертва, Гиацинт тоже, а судя по тому, что Обсидиан пытался затащить в сети Оникса и Сентарию, проводника у него пока нет. А значит, некому затуманить мой разум и разум хранителя. Хотя..» Луна судорожно задышала, вбегая в очередной коридор.
«Правители заколдованы, а значит, и я могу быть под заклятием.. То есть это не сон?»
Преодолевая страх, она коснулась одной из нитей и ощутила ее упругую силу. Нить попыталась обхватить палец, но Луна отдернула руку.
«Я чувствую их, значит, это не сон.. Сны не могут быть до такой степени реальными.. К тому же я чувствовала боль..»
Луна так сильно ущипнула себя за руку, что едва смогла сдержать крик. И тут же привычным движением ладони убрала красное пятно.
«Я пользуюсь силой. Это не сон».
К горлу подступила паника. Чтобы заглушить ее, Луна начала вспоминать песенки, продолжая бродить по коридорам и аккуратно отмечать каждый вход и выход. Когда закончились песни, она стала решать в уме примеры, потом – вспоминать недавно выученные медицинские темы.
«Сердце находится в центре грудной клетки и смещено нижним левым краем в левую сторону, в так называемой околосердечной сумке – перикарде, которая отделяет сердце от других органов. Оно состоит из четырех полостей, или камер: левое и правое предсердие, левый и правый желудочек», – повторяла Луна про себя, чувствуя, как колотится ее собственное сердце.
Тишина угнетала. Только сейчас она поняла, насколько разной может быть тишина. Если человек устроился в удобном кресле с хорошей книгой, тишина становится уютной и домашней. А какая глубокая тишина живет в горах! Она настолько осязаема, что хочется потрогать ее рукой.
Там, где сейчас находилась Луна, тишина была удушающей и тяжелой, она давила на плечи. Хотелось сесть и сжаться в комок, плотно заткнув уши, чтобы не слышать эту тишину. Повторив в уме половину медицинской энциклопедии, Луна поняла, что устала. В горле пересохло, хотелось пить и, как ни странно, спать.
«Я хочу спать. А во сне невозможно хотеть спать. Это точно не сон», – обреченно подумала она.
Луна заставила себя ровно дышать и продолжать идти. Девушка боялась, что если она упадет, то больше никогда не поднимется с серого пола и навсегда затеряется в этих темных лабиринтах.
Ей казалось, что прошло уже несколько часов, а может, дней. И вот остался последний неотмеченный коридор. Когда Луна на подгибающихся от усталости ногах вышла из него, она очутилась в огромной комнате.
И эта комната не была пуста. Там находились дети. Много детей разного возраста: от малышей, едва стоящих на ногах, до подростков, которым было примерно столько же лет, сколько и самой Луне.
Они молчали. И они играли в мяч. Без звонкого смеха, криков, шума, как это бывает при любой игре, а в полной тишине. Просто перекидывали мяч, даже не глядя друг на друга. Луна замерла. Было в этом потустороннем безмолвии что-то жуткое.
Дети как дети.. Без уродств, страшных глаз, даже симпатичные, аккуратно одетые и причесанные. Но Луна чувствовала, как ее кожа покрылась мурашками, а сердце быстро застучало.
Неожиданно мяч полетел в ее сторону. Девушка машинально поймала его. Так неловко, что чуть не уронила. Покрутив мяч в руках, она бросила его ближайшему мальчику лет двенадцати. Тот поймал и передал дальше, одновременно сделав приглашающий жест. Луна поняла, что он зовет ее к ним в круг.
Чем ближе она подходила, тем хуже слушались ноги. Каждый шаг давался с трудом. Но Луна упорно шла, сама не зная зачем. Подойдя ближе, она смогла разглядеть этих молчаливых детей. Правильные черты, изящное сложение, длинные руки с чуткими пальцами, какие бывают только у целителей, хорошо отутюженная и выстиранная одежда, прически, уложенные волосок к волоску.
Почему же она их так боялась? До дрожи в коленях, до холодного пота на лбу. Луна хотела что-то сказать, но, к ужасу, поняла, что не может вымолвить ни слова. Из пересохшего горла вырвалось только нечленораздельное мычание:
— О-у-ы-к-п-ы-а..
Ужас окутал ее плотным одеялом, а разум отказывался верить в реальность происходящего. Она не здесь. Это все-таки сон. Это все неправда. Крепко зажмурив глаза, Луна с надеждой их открыла. Но нет. Ничего не изменилось. Дети играют в мяч. В полной тишине.
Она заставила себя сделать еще один шаг, хотела дернуть мальчика за рукав, чтобы привлечь его внимание, но пальцы провалились в пустоту. Луна повторила попытку. С тем же результатом.
Она беззвучно закричала и попятилась, открывая рот, словно выброшенная на берег рыба. К ней опять полетел мяч. Она выставила вперед руки и вновь поймала его, ощутив упругую оболочку. Мальчик посмотрел на нее и снова жестом позвал в круг. Девушка взглянула в его глаза и опять попыталась закричать. В ужасе отбросив мяч, Луна упала и начала отползать от этого страшного места, от этих жутких детей.
Она поняла, что ее так испугало. Глаза детей ничего не выражали. Они были пусты и мертвы.
Луна закричала и на этот раз услышала собственный крик. Она рывком села на кровати. Рядом суетились перепуганные родители, которых позвал Фиччик. Второй час они пытались привести в чувство дочь, метавшуюся во сне.
— Мама, я видела детей целителей, – зарыдала Луна.
— То есть? – не поняла Нефелина, беспокойно вытирая испарину со лба дочери.
— Я видела детей целителей.. Тех, которым не суждено было родиться из-за проклятия ведьмы. Я видела их всех. И малышей, и моих ровесников. Какими бы они выросли, если б родились. Их души заперты под бездной, в ужасной комнате, у них пустые глаза.. Я должна что-то сделать.. Иначе..
И тут Луна поняла, что хотел от нее этот мальчик.
— Что? Что иначе? – воскликнул Александрит.
— Иначе я окажусь среди них, – выдавила из себя девушка и вновь потеряла сознание.
Тонкая струйка крови потекла из носа.
Родители в ужасе смотрели на нее.