Страница 11 из 128
Они обменялись с Луной понимающими взглядами. Но, как бы он ни ругал привычку Фифи соблюдать этикет, сейчас эти знания ему пригодились. Во время обеда он не ударил в грязь лицом, если не считать нескольких фраз, сказанных невпопад, да сдавленного бульканья при виде корзины с фруктами. Конечно, не каждый сдержит эмоции при виде знаменитой голубой клубники, которая теперь росла почти у каждого драгомирца, и ярко-фиолетовых персиков с мохнатыми боками. Насладившись вкусом фруктов, Стефан почувствовал, что начинает влюбляться в этот загадочный мир.
Ему отвели комнату в западном крыле, недалеко от спальни Луны и ее родителей, и Стефан, лежа на огромной кровати, долго не мог уснуть. Именно тогда ему пришла в голову идея написания книги. Едва дождавшись утра, он попросил у Александрита разрешение остаться на некоторое время, чтобы собрать материал. Луна, услышав про книгу, вытаращила глаза. Анита, которая уже перебралась в Гарнетус, но в тот день приехала на завтрак, тоже приоткрыла рот от удивления. Они-то знали, что Стефан вообще никогда не читал книги, кроме учебников. И те из-под палки. Видя их изумление, Стефан усмехнулся и пояснил:
— Когда вы исчезли и меня назвали сумасшедшим, я стал копаться в больничной библиотеке в поисках подобного случая. Я хотел понять, что происходит со мной. Я ни на минуту не верил врачам. Но ничего похожего не нашел, а в библиотеке кроме медицинских справочников были и другие книги. От нечего делать я начал читать.. Вы, может, не поверите, но мне сразу понравилось. Я прочел все, что было в библиотеке, а затем приставал к отцу, чтобы он привозил мне книги из дома. Читая, я начинал верить, что не болен.
— Стефан, если бы мы знали, что все так обернется.. – с сожалением сказала Анита.
— Я ни о чем не жалею, – возразил Стефан. – Я стал тем, кем стал, и я вновь встретил Луну. Если бы я ее забыл, как вы хотели, – разве я бы оказался здесь? Да никогда. Так что я рад, что вышло именно так.
— Ну что же, книга так книга, – решительно сказал Александрит. – Библиотеки Драгомира в твоем распоряжении, и наша память тоже. Спрашивай, не стесняйся. Когда ты ее напишешь, я лично явлюсь в мир по ту сторону земли, чтобы взять для нас несколько экземпляров. Если, конечно, ты нам их подаришь.
— Ну разумеется подарю, сколько угодно экземпляров, – пообещал Стефан.
С того дня он с головой ушел в изучение Драгомира и сейчас, наверное, знал уже больше, чем Луна, которой вечно не хватало времени. Она могла читать учебники по истории только перед сном, так как начала учиться в Манибионе, а еще продолжала занятия в воздушной школе. Ветер все еще позволял себе шутить с ней.
Стефан быстро освоился и сдружился с Эгирином, который тоже обожал историю, с Сентарией, которая с удовольствием демонстрировала ему опытные образцы растений, и даже с Аметрином, который мог показать ему несколько приемов владения огнем и оружием, когда Луна училась. Дни его были заполнены до отказа: книгами, общением, поездками в другие петрамиумы, сбором материала, архивами и еще множеством дел.
Луна тоже была занята, но тем не менее страдала от одиночества..
Все эти воспоминания вихрем пролетели в ее голове, пока Стефан удобно устраивался на подоконнике, прихватив пару подушек, что вызвало недовольство Фиччика.
— Ну конечно, тебе лишь бы посмеяться над моими бедами, – усевшись, беззлобно проворчал Стефан. – Так что у тебя стряслось? Я вышел из библиотеки, и мне сказали, что ты вернулась в ужасном настроении. Ты поругалась с Сентарией?
— Нет.. Я так и не увидела ее.
— В смысле? Ты же поехала к ней.
— Поехала, да не доехала, потому что кое-кто увязался за мной.
— Аметрин?
— Ну конечно.. Кто же еще, – горько вздохнула Луна.
— А я думал, он поехал к себе готовиться к поединкам.
— Мы все на это надеялись.. А он еще отругал меня, что я выехала из дворца без сопровождения. Лунфич, как выяснилось, не считается.
Фиччик протестующе пискнул и начал мутузить кулачками невидимого противника.
— Что значит – не считается?! – воинственно воскликнул он.
— Тише-тише, – погладила его Луна. – Стефан, – девушка умоляюще взглянула на друга, – я не знаю, что с этим делать! Он не слышит никого, кроме себя. Даже Анита с Гелиодором для него не указ.
— Я тоже пытался с ним поговорить, – признался Стефан.
— Да? И как?
— «Видишь эту прядь? Я теперь должен всегда быть рядом», – процитировал Стефан.
Луна опять вздохнула.
— А что, если Аметрин прав? – вдруг предположил Стефан. – Я уже прочитал немало летописей. И они все уверяют, что страшнее черных книг нет ничего на свете. Пока они не уничтожены, опасность и правда висит над всеми, а над тобой особенно.
— Но книги в Валоремии!
— Я бы не стал так полагаться на это, – хладнокровно заметил Стефан. – Мы по ту сторону земли более трезво смотрим на вещи. Доверить белой магии охранять черную – мягко говоря, не лучший выход. Правителям нужно срочно придумать что-то другое. Потому что сейчас Эссантия присматривает за своим главным врагом. Где гарантия, что книги не нападут изнутри?
— Быть такого не может, – возразила Луна, но почему-то не очень уверенно.
— Вот-вот, – кивнул Стефан. – Ты все-таки тринадцать лет прожила в мире без волшебства, и у тебя еще нет такой слепой веры в Эссантию, как у здешних жителей. Так что я бы на твоем месте потерпел.
— Но.. – начала Луна и не смогла закончить, сраженная доводами Стефана.
Помолчав немного, она принялась рассуждать вслух:
— А ведь и правда, если Эссантия так сильна и непобедима, то почему она сама не уничтожила черные книги? С другой стороны, легенды гласят, что Эссантия не вмешивается в дела людей. Книги созданы не ею, а людьми, может, поэтому она и дает нам самим возможность их уничтожить?
— А ты никогда не задумывалась над тем, кто наделил книги такой силой? Почему все колдуны, создавшие их, давно мертвы, а книги до сих пор живут?
— То есть ты хочешь сказать, что существует какое-то отдельное зло?
— Я имею в виду следующее. Если есть Эссантия, душа Драгомира, белая магия, значит, должен быть еще какой-то дух, который противостоит ей. Как в наших сказках: добро всегда идет в паре со злом, белое с черным, ад с раем.. Ведь кто-то же толкает всех этих людей совершать плохие дела.
— Надо поговорить с отцом! – вскочила Луна.
— Бесполезно, – мрачно ответил Стефан. – Я уже пробовал.
— И что?