Страница 48 из 135
-Тебя подвезли на «бондмобиле», отлично ориентируешься в городе, когда мы зашли сюда, ты поприветствовал бармена по имени.
- Похоже, тебе достался не только ум, но и наблюдательность. Откуда ты приехал? Не думаю, что ты жил далеко от Москвы, в большом городе. Ярославль? Нижний? У тебя есть лёгкий акцент.
-Почти! Ещё две попытки.
- Ты точно не из Питера. Екатеринбург? Самара?
-По сути, ты был прав. Казань.
-Блин, почти. Я же говорю акцент! Айда ещё по одной. — протягивая полосатый шот.
-Сушняк, есть что попить? —вернулась разгорячённая Инга.
-Пиво, кола, бери -Кеша указал руками на напитки.
-Не. Я за водой. -и ушла к бару.
А к нам подошла Нина.
-Вы чего сидите?! Идёмте танцевать!
Она повернулась, случайно задев край столешницы, стакан с колой на столе качнулся и упал, успев залить рукав моей рубашки.
-Ой, извини, -и вытащив салфетки, протянула их мне.
Я фыркнул.
-Будь аккуратнее! — ответил резко девушке, загородившей собой Марину.
Нина расстроилась.
-Я случайно. Хочешь, я застираю?
Кеша в этот момент, взял второй стакан с колой и опрокинул на свой рукав.
-Это всего лишь рубашка, не такая белая, конечно, как у него. — заступаясь за неё, сказал Кеша.
-Всё ок. — подтвердил я, отклоняясь, чтобы видеть танцующую Марину.
- Вы Ингу не видели? — спросила Нина.
-Она ушла к бару за водой. — ответил ей Кеша.
-Хочешь, найдем?
-Да, — пара направилась к барной стойке.
Мне пришлось закатать испачканный рукав на рубашке, в одиночестве продолжая смотреть на девушку, танцующую в отдалении. Теперь рядом с ней танцевал смуглый блондин, в неоновой футболке. Он наклонился к ней, что-то сказал, потом ещё приблизился. Этот парень - фонарь начинал действовать мне на нервы. Когда тот взял девушку за руку, я направился к ней, не зная, увести её или присоединится и дать парню понять, что ему ничего с ней не светит.
-О! Ты решил, наконец, растрястись! — крикнула Марина мне в ухо, когда заметила.
Ничего не ответив, я танцевал с ней рядом, отстраняя спиной от остальных. Балерина двигалась вокруг, строила смешные рожицы и повторяла его движения, увеличивая их градус. Марина резко прижалась ко мне, наши глаза встретились, не веря в происходящее, я обнял её и дотронулся до её губ своими, нежно, боясь разрушить это мгновение. Девушка не сразу, но ответила на поцелуй, также мягко меня изучая. Смелея, я усилил прикосновения, и тогда она отстранилась.
-Хочешь шампанского? — не знаю, зачем спросил её.
-Ты видел здесь цены? Пойдём лучше подышим! -и потянула Марина-балерина за руку из бара.
Поздний вечер повторял грустное настроение лета, которое скоро сменит сырая осень.
Девушка обняла себя за плечи и неуверенно произнесла:
-Меня толкнули. Ты неправильно понял.
Я осознал, отчего Марина так резко прижалась ко мне в танце. Желаемое принял за действительное.
-Мне показалось, тебе понравилось, -и улыбнулся, как кот в надежде.
- Тебе. — пауза -Показалось.
-Думаешь?
-Однозначно. Между нами не может быть ничего.
-Так категорично? Я тебе не нравлюсь?
-Ты милый, правда. Но нам с тобой не по пути.
-Почему? — спросил, докапываясь до истины, несмотря на отказ.
-Артур, ты простой, хороший парень, но мне нужно больше. -Марина вернулась в бар.
Я ничего не понял, что значит «больше», но спорить не стал, меня отшили, впервые, мне было тошно, из классного парня я за вечер превратился в размазню. Нужно собраться.
Разберусь позже, но отказываться не намерен, мысли и чувства о ней обволакивали, бросая из холода в жар и обратно. Мы будем видиться часто, это уже что-то.
Не возвращаясь в бар, я вызвал такси и уехал к своей второй семье в Подмосковье. Была ли она второй, как говорили? Для меня это место, где примут, выслушают и всегда помогут. Может ли такое место быть номером два? Может, если номер один, моя родная мать с отцом, уехавшие в Америку строить карьеру много лет назад, не могли быть рядом.
Желание забыть, прийти в норму, вот то, что двигало мной в эти дни. Марк укатил со своей подружкой на гонки. Скука заставила выйти на улицу, поиграть во дворе с собаками, а потом уйти к соседям. Петр — хороший парень, с ним можно посмотреть футбол, он разбирался в этом, сам играл и ходил на матчи. Летом к ним приезжала родственница по имени Юля, скромница. Иногда мне хотелось взять её и хорошенько потрясти, избавить от зажатости и страхов. Милая и тихая, но не простая, с загадкой, как угодно называйте, было в ней что-то такое необъяснимое, говорящее: дай мне время, и я расцвету. Почему думал об этом не знаю, но каждый раз, взглянув на неё, видел это.
Пройдя по всему дому, крикнув Петра. Никто не отзывался. Дома явно кто-то был. Поднявшись на второй этаж, я услышал, как из маленькой комнаты доносились звуки тв.
В комнате увидел Юлю, спросил, какой фильм она смотрит.
Она ответила, и я сел на заправленную жаккардовым покрывалом кровать, с кучей таких же подушек с завитушками. Кино было банальное до безобразия, простушка и красивый парень. Любопытнее смотреть на малышку Юлю, наивную зверушку, живо реагирующую на события в картине, вздрагивающую с улыбкой умиления на лице. Как можно верить в эту чушь и пропускать через себя? Когда она в очередной раз заулыбалась на сопливом романтическом моменте, мне захотелось показать ей, что в настоящем мире после волшебного поцелуя не происходит магии, как с Мариной в баре, бла-бла-бла. Да кого обманываю? Мне хотелось почувствовать себя снова на коне, обворожительным героем, поднять растоптанную самооценку, а милая девчушка подходила под эту роль идеально.
И я поцеловал её, сто́ящую на стуле, выбирающую новый фильм. Поцеловал старательно, как мог, но ничего не почувствовал ни какой магии, лишь стыд и неловкость. Юля сразу дала понять, что это было лишним.
Поцелуй- это всегда про взаимность, и она была тогда с балериной. Я выясню, почему Марина была против нашей близости, и какие стоят между нами преграды.
Извиняясь перед крошкой, я ушёл домой, чувствуя себя окончательнейшим придурком, волоча то, что ещё вчера называлось гордостью, — к этому выводу можно было прийти, необязательно целуя другого человека, но лучше так чем никак. Прости меня, девочка Юля.