Страница 9 из 85
Он закрыл дверь. Я посмотрела на матовое стекло.
— Нас за это не арестуют?
— Олег переживёт.
— Уверены?
— Сегодня уже ни в чём.
Он сел напротив. Короткое время мы молчали. После лифта одиночество в комнате почему-то казалось страннее, чем его присутствие.
— Что у вас спрашивали? — произнёс он.
— Если расскажу, Олег расстроится.
— Я переживу его расстройство.
— А я нет. Мне ещё работать с ним.
Взгляд Артёма задержался на мне.
— Если завтра выяснится, что у меня вообще осталась компания.
Это была первая реплика за весь вечер, в которой я услышала не раздражение и не контроль. Усталость. Я положила ладони на стол.
— Сколько документов нашли в вашем кабинете?
— Не знаю. Мне не показывают.
— Вы правда их не видели?
Он не ответил сразу. Я сразу это заметила.
— Артём.
— Я не видел документы, которые нашли сегодня.
— Это очень аккуратная формулировка.
— Вы хотите допросить меня вместо Олега?
— Хочу понять, почему вы сформулировали именно так.
Он откинулся на спинку стула.
— Потому что Павел последние несколько недель задавал вопросы по старым платежам.
Мысль наконец встала на место.
— Каким платежам?
— Не знаю.
— Вы только что сказали, что задавал вопросы.
— Он спрашивал, помню ли я несколько подрядчиков.
— Каких?
Артём назвал две компании. Названия мне ничего не сказали.
— И?
— Я сказал, что нет.
— Что ответил Павел?
— Что проверит сам.
— Когда это было?
— В понедельник.
— Сегодня четверг.
— Я знаю календарь.
— А мне вы об этом почему не рассказывали?
Он посмотрел на меня так, словно вопрос был странным.
— С какой стати?
— Я руковожу внутренним контролем.
— Павел не говорил, что нашёл нарушение.
— Зато сегодня его нашли в вашем кабинете рядом с платёжными документами.
— Вера, если бы три дня назад я знал, что закончится этим, разговор был бы другим.
Я хотела ответить резко. Не ответила. Потому что он был прав. Мы оба пытались задним числом придать значение вещам, которые несколько часов назад выглядели обычными.
— Хорошо, — сказала я. — Кто ещё знал, что Павел проверяет эти компании?
— Не знаю.
— Михаил?
Артём встретил мой взгляд.
— Почему сразу Михаил?
— Потому что он операционный директор.
— Вы с ним сегодня долго разговаривали.
Вот теперь я услышала знакомую интонацию.
— Семь минут.
— Считали?
— Нет. Но теперь начну, раз вы контролируете мои разговоры.
— Я ничего не контролировал.
— На корпоративе вы смотрели.
— На корпоративе я смотрел на половину зала.
— Какая удача для второй половины.
Он прищурился.
— Мы сейчас серьёзно будем обсуждать это?
— Нет. Мы сейчас серьёзно обсуждаем Павла.
— Тогда при чём здесь Михаил?
— Потому что вы не ответили.
Артём провёл ладонью по лицу.
— Да. Мог знать. Павел часто обсуждал с ним операционные расходы.
— Ещё кто?
— Финансовая служба. Казначейство. Юристы, если Павел запрашивал договоры. Список может быть длинным.
— Значит, искать будем не человека, который знал о проверке. Искать будем того, кто знал достаточно, чтобы подготовиться.
— «Будем»?
Я взглянула на него.
— Вы слышали.
— Вы всё ещё думаете, что вам позволят вести это расследование?
— А вы всё ещё думаете, что сможете?
Уголок его рта едва заметно поднялся.
— Вот теперь я снова узнаю Соколову.
— Не расслабляйтесь.
— Даже не пытался.
Дверь распахнулась. На пороге стоял Олег. Он посмотрел на Артёма. Потом на меня.
— Я же просил находиться отдельно.
— Я перепутал двери, — сказал Артём.
Олег перевёл взгляд на табличку рядом с входом.
— На этой написано «Переговорная №2».
— Поэтому и перепутал.
Я отвернулась, чтобы Олег не увидел, что мне смешно.
— Совет собирается через десять минут, — сказал он. — Оба идёте со мной.
Экстренное заседание совета проходило в большой переговорной на двадцать девятом этаже. Часть людей сидела за столом, остальные подключились по видеосвязи. Я знала их всех по именам и должностям, но впервые оказалась в этой комнате не потому, что должна была представить отчёт. Во главе стола сидела Лидия Андреевна Савина, председатель совета директоров.
Ей было немного за пятьдесят, и за год работы я ни разу не слышала, чтобы она повышала голос. Вероятно, именно поэтому, когда она говорила, остальные обычно замолкали.
— Начнём с того, что знаем точно, — сказала она.
Олег коротко изложил события. Павел Аксенов был найден в кабинете Артёма около десяти вечера. Рядом находились документы по ряду платежей. Часть документов содержала согласования Артёма. Сам Артём в промежуток, представляющий интерес для проверки, находился в неисправном служебном лифте. Это подтверждаю я. Одновременно в 21:37 мой пропуск был зарегистрирован восточным входом на двадцать восьмой этаж. Сам пропуск в этот момент, по моим словам, находился при мне.
Когда Олег закончил, один из членов совета спросил:
— Камеры?
— На основном коридоре запись есть. Восточный вход находится в зоне двух камер. Одна показывает пустой участок перед дверью, вторая в нужный промежуток не дала изображения.
— Совпадение?
— Пока не делаю выводов.
Я взглянула на Артёма. Он тоже услышал главное. Одна камера не работала именно тогда, когда использовали мой пропуск. Случайность становилась всё менее убедительной.
— Лифт? — спросила Савина.
— Остановку подтвердили технические журналы, — ответил Олег. — В 20:41. Движение восстановлено в 22:13.
Девяносто две минуты. Я машинально посмотрела на Артёма. Он не повернул головы.
— То есть их присутствие в кабине подтверждается технически? — спросил кто-то с экрана.
— Присутствие двух человек — да. Личности подтверждаются их показаниями и записью камеры перед входом в лифт.
— Вера Сергеевна, вы подтверждаете, что Артём Викторович ни на минуту не покидал кабину?
Я посмотрела на мужчину на экране.
— Подтверждаю.
— А Артём Викторович подтверждает то же самое в отношении вас?
— Да, — ответил Артём.
— Удобное взаимное алиби.
Раздражение снова поднялось, уже знакомое.
— Удобство не делает факт ложью.