Страница 105 из 206
Слишком много жертв уже было принесено. Корбин. Лэнг. Аурион. Сиенна.
Но только не Лука.
Только не он.
Только не он.
Аксель здесь.
Кэт здесь.
Все, кому следовало бы заботиться, предали ее.
Но только не Лука.
Если этот мир отнял его у нее, то любая милость, что еще теплилась в ее душе, умерла вместе с ним.
Гром прогремел в ответ на эту ее мысль. Небо разверзлось, изливая собственный гнев на землю дождем.
— Все не должно быть так, маленькая буря, — снова попытался Теон.
Но оно должно быть именно так.
Если Лука мертв, значит, она не справилась.
Где-то на этом пути она совершила ошибку. Подвела Ахаза. Подвела Судьбы. Подвела родителей. Подвела его — и он заплатил за это.
— У нас нет выбора, — пусто произнесла она, повторяя слова, которые он так часто говорил ей в снах. — Это больше, чем связь, и этого не может быть.
Изумрудные глаза закрылись, смирение разлилось по чертам лица, которое она когда-то думала, что сможет полюбить.
Так долго она желала смерти, и теперь, в это мгновение, когда их обоих не станет, она поймала себя на мысли, что желает ее снова. Но больше этого она чувствовала потребность отомстить за них. Она нашла то, ради чего стоило сражаться, а затем ее заставили принести это в жертву.
А что теперь?
Теперь она не чувствовала ничего, кроме пожирающей ее ярости.
— Ты ошибаешься, — прохрипел Тристин, пытаясь подползти ближе по земле, стремительно превращающейся в грязь. — Неужели ты ничему не научилась за эти месяцы? Мы пытались, Тесса. Мы присылали тебе помощь…
— И снова лишь ради своих целей, — безучастно ответила она.
— Чтобы спасти тебя! — сказал Теон, явно стараясь удержать ее внимание на себе. Его волосы прилипли ко лбу, дождь смешивался с непрекращающимся потоком крови из раны. — Я пытался это изменить. Я сделал все, что мог.
— Судьба зовет, и требует жертв, — сказала она, снова опускаясь перед Теоном на корточки. — Те, кто пришел в этот мир незваным, познали эту истину. Мы все ее познали.
— Их королева будет мстить, Тесса. Не сомневайся.
— Я на это рассчитываю.
— Ее месть не будет знать границ.
— Тогда она познает мой гнев, как познал его ты.
— И я бы молил об этом снова и снова, если это все, что ты мне позволишь, моя умная буря, — ответил Теон, и его дрожащая рука поднялась, чтобы коснуться ее щеки. — Но я понимаю, что наше время вышло. Снова у меня закончилось время.
Она на миг потерялась в этих темно-изумрудных глазах и черных волосах. В едва заметной ямочке и губах, которые она целовала столько раз, что не сосчитать. А затем она поцеловала его. Глубоко и нежно, так, как это должно было быть всегда.
— Прости, что я подвел тебя, маленькая буря, — сказал Теон, когда они отстранились друг от друга. Скорбь и боль читались в его глазах. — Я пытался. Я пытался спасти тебя.
— Я понимаю, — прошептала она. — Прости, что не смогла отдать тебе всю себя. Каждую частичку.
И она вонзила золотой кинжал ему в грудь.
— Но когда Хаос придет к власти, должен остаться только один.