Страница 80 из 141
Глава 32. Се Юнь поддается
Этот мальчишка совсем потерял совесть и стыд!
Я возмущенно вздохнула, плотнее запахивая нижнюю рубашку и завязывая узелки под грудью и на поясе. Что на него нашло? Ворвался ко мне пока я мылась, говорил странные вещи. А выглядел при этом… Я сглотнула нервный комок в горле. Как искусный соблазнитель!
Стоило вспомнить его лукавый взгляд, которым он смотрел на меня, как у меня мурашки побежали по спине.
Вот же бесстыжий! Совращать меня вздумал? А кто влюбиться в себя предлагал? Не получается, так решил совратить! Глупый Се Юнь!
Я сердито потрясла головой, пытаясь прогнать эти мысли. Я ему еще устрою! Покажу как издеваться надо мной!
Натянув верхний халат и затянув пояс покрепче, я прошлась по комнате, чтобы успокоиться. Но как только в памяти всплывал его нахальный взгляд, сердце предательски учащало свой ритм.
Глупый Се Юнь…, — мысленно произнесла его имя. Почему-то оно показалось таким близким, почти родным. Я посильнее прикусила губу. Нельзя о нем так думать! Грустно вздохнув, я призналась сама себе, делать это с каждым днем становилось все сложнее. Похоже я не просто привыкала к нему, но еще и начинала что-то чувствовать.
К сожалению, я все еще не до конца понимала хорошо ли это. На самом деле, если так подумать разве мне нельзя кого-то полюбить? Разве не может в этой книге существовать кто-то кого бы я полюбила и кто полюбил бы меня?
Но стоило мне задать себе этот вопрос, сердце сжалось от тревоги. Полюбить кого-то в этой книге... Что, если моя любовь закончится страданиями, потерями и болью? Мир этой книги очень жесток. Только главные герои получили в этой истории мало-мальски счастливый конец.
Боюсь если я открою свое сердце… все закончится очень плохо.
Я покачала головой, прогоняя мысли о любви. Но несмотря на все мои попытки, образ Се Юня упорно возвращался. Его голос, его улыбка, его заботливый взгляд. Он не был похож на других людей, которых я встречала.
"Он слишком настойчивый и порой наглый", — уговаривала я себя, стараясь сосредоточиться на его недостатках. Но даже эти недостатки теперь казались мне частью его обаяния.
Я вздохнула, прижав руку к груди. Сердце равномерно отстукивало ритм. Ему было все равно что я не хочу никого любить.
— Глупая А-Нян, ты должна помнить, почему ты здесь, — прошептала я самой себе. — У тебя есть цель, и это не любовь. Ты просто поможешь ему, а потом уйдешь…
И всё же Се Юнь начинал занимать слишком много места в моих мыслях.
Может, мне просто хотелось верить, что в этом мире есть что-то большее, чем интриги, зависть и борьба за власть? Может, я хотела хотя бы ненадолго почувствовать себя обычной девушкой, которая может позволить себе быть слабой, счастливой и любимой?
Но что, если это окажется ошибкой?
Что если для меня счастливого конца не предусмотрено?
Я хлопнула себя по щекам, заставляя прекратить поддаваться депрессивным мыслям. Накручивая себя, я только сделаю хуже. Сейчас надо думать о другом.
Во-первых, расставить с Се Юнем границы… Я дернула дверь в большую комнату и почти сразу ее закрыла. Что это я сейчас увидела? Кажется, мои глаза устали. Взор затуманился. А голова рисовала странную картину.
Я только что видела полураздетого Се Юня?
Я замерла, прижавшись спиной к двери. Сердце, которое секунду назад отстукивало размеренный ритм, теперь бешено колотилось, словно у загнанного зверька. Я глубоко вдохнула и выдохнула, пытаясь взять себя в руки.
— Нет-нет, мне точно померещилось, — пробормотала я себе под нос, но покалывание на щеках от усиливающегося румянца предательски выдавало мои эмоции.
Почему он был полуголый? Что он вообще делал? Может, переодевался? Тогда почему он лежал на кровати?
Ах, может Ли Шию ему лекарство давал?
Но разве для этого надо раздеваться до штанов?
Моя голова запульсировала от количества вопросов.
— Всё. Хватит думать об этом, — строго приказала я себе.
Но, конечно, это было легче сказать, чем сделать. Его образ стоял перед глазами — широкие плечи, сильные руки, белая кожа груди... Я снова потрясла головой, стараясь выбросить из головы эти мысли.
"Так, границы, — напомнила я себе. — Надо срочно расставить границы, пока всё не зашло слишком далеко".
Собравшись с духом, я решительно открыла дверь вновь, стараясь сохранять спокойное выражение лица. На этот раз я действительно увидела его.
Се Юнь лежал на кровати, упершись локтем в подушку. Теперь на нем был нижний халат, но завязки не завязаны. Из-за этого большая часть его торса была оголена.
— А-Нян, — его голос прозвучал тепло, с ноткой радости. — Ты уже закончила? Я ждал тебя.
Я кивнула и тут же отвела взгляд в сторону. Что он творит? Почему не одет нормально?
— Да... Я... — слова застряли в горле. — Зачем ты меня ждал?
Он улыбнулся, наклоняя голову чуть набок, явно наслаждаясь моей смущенной реакцией.
— Я же говорил, тоже хочу помыться, — в его голосе звучал откровенный флирт. — Жаль только ты меня выгнала. Говорят в некоторых семьях, жены помогают мужьям во время купания.
— А больше они ничего не делают? — пробурчала я, нахмурившись. — Се Юнь, я не такая жена. Ты же знаешь, какой у нас брак. Я помогаю тебе, а не…
Я даже не знала как выразить свои мысли. Его внешний вид сбивал меня с толку.
— Ты недовольна, я тебя обидел? — лицо Се Юня погрустнело. Длинные ресницы опустились, закрывая глаза. Он вздохнул и прямо сел на кровати. — Я плохой муж…
— Дело не в этом! — я не могла видеть, как он печалится. Почему мне стало так не по себе от того, что он грустит? Даже сердце вдруг заныло. Я подошла к нему и села рядом. — Ты меня не обижал. Просто твои слова меня немного обескуражили.
— Почему? — Се Юнь поднял голову и посмотрел мне прямо в глаза. Они у него такие темные, что в них как в зеркале можно увидеть себя. — Я просто хочу чтобы мы с тобой стали ближе. Ты ведь мне правда нравишься. Я люблю тебя.
— Се Юнь, а что если это просто твое чувство благодарности? Вдруг ты спутал любовь с другим чувством? — такое ведь и правда возможно. Он с легкостью мог перепутать любовь с благодарностью. Потом он поймет это и будет разочарован. А у меня будет разбито сердце.
— Ты не права, — он покачал головой. Его рука взяла меня за ладонь и прижала к своей груди. Когда мои пальцы коснулись обнаженной плоти, у меня перехватило дыхание. Кажется, я говорила, что меня невозможно смутить. И все это я уже видела. Я правда была не права.