Страница 33 из 68
Она была жива. Стояла на коленях перед могилой родителей, которых пережила на столетие, почти не успев повзрослеть.
Наконец сказала:
— Я столько раз сердилась на него. Думала: если бы он хоть раз меня услышал.
— У тебя были причины сердиться.
— Были.
Она вытерла щёку.
— А теперь я вижу, что он ждал.
Я присела рядом.
— Одно не отменяет другого.
Адель медленно кивнула.
⁂
На обратном пути она попросила остановиться возле той улицы, где стояла отцовская лавка.
Здание сохранилось.
Первый этаж переделали. В витрине висели светильники, за стеклом виднелись столы и люди.
От старой двери осталась каменная арка.
Адель вышла из машины.
Постояла на тротуаре, подняв голову к верхним окнам.
Я встала рядом.
— Которое твоё?
Она показала.
Из-за занавески на мгновение выглянул человек. Потом отошёл, и окно снова стало обычным чужим окном.
— Там теперь кто-то живёт, — сказала Адель.
— Да.
Она смотрела ещё немного.
Потом повернулась к машине.
Входить внутрь не попросила.
⁂
Дома Адель убрала в вазу цветы, которые остались от букета. Вымыла руки, переоделась.
Я думала, что она захочет побыть одна.
Но через некоторое время она пришла в библиотеку с зелёной тетрадью.
Села напротив меня.
— Когда вы видели Элеонору, был тысяча девятьсот седьмой год?
— Да.
— Отец тогда ещё жив.
Я положила ручку.
— Судя по тому, что мы нашли, да.
Адель раскрыла тетрадь, но ничего не написала.
— Если бы я передала ему письмо…
— Мы могли бы попробовать.
Она посмотрела на свои руки.
— Я хотела написать, что прощаю его. Ещё на кладбище подумала.
Я ждала.
— Но это было бы неправдой. Я пока не знаю.
— Тогда не пиши этого.
Адель подняла глаза.
— Можно просто сказать, что я жива?
— Конечно.
Она взяла ручку.
Написала обращение.
Потом остановилась.
За стеной Сергей складывал дрова возле камина. Иногда полено задевало другое, и раздавался короткий сухой стук.
Адель слушала.
— Он всегда вставал раньше меня, — сказала она. — Отец. Открывал ставни в лавке. Я просыпалась от этого звука.
Она закрыла тетрадь.
— Я хочу с ним поговорить.
Я не ответила сразу.
Адель посмотрела прямо на меня.
— Не вернуться насовсем. Не выйти замуж. Я хочу, чтобы он увидел меня и услышал, что я сама выбрала другую жизнь.
— Мы не умеем выбирать точное время, Адель.
— Я помню.
Она положила ладонь на обложку.
— Тогда сначала помогите мне понять, как можно попытаться и вернуться сюда.
Я посмотрела на дверь, за которой находился диван.
Потом придвинула к нам тетрадь с записями о возвращениях.
Адель пересела ближе.
На этот раз она сама открыла первую страницу.