Страница 8 из 98
Зоя вытерла слёзы подолом ночной рубашки, шумно высморкалась и внимательно посмотрела на дочь.
— Это не ты её убила, Прося. И Машку тоже не ты в овраг толкнула, – тихо сказала она. – Бес в тебе поселился, доченька. Это его рук дело. И зачем ты только в Купальскую ночь в лес пошла?
У Прасковьи от изумления вытянулось лицо.
— Бес? Что же мне сейчас делать, мамочка? – жалобно спросила она. – Я ведь думала, что у меня впереди долгая счастливая жизнь. А теперь, получается, всё кончено, никакой свадьбы не будет. Я душегубка, мамочка! Меня или в тюрьму отправят, или палками до смерти забьют на поляне.
— Подожди реветь! – строго приказала Зоя, поднимаясь с пола. – Может, придумаем что-нибудь. Утро вечера мудренее, Прося. Иди ложись спать!
Зоя увела Прасковью на кухню, уложила её на своей лавке, а сама кое-как затащила мёртвую старуху обратно на кровать, вложила вывалившийся язык ей в рот и кое-как закрыла беззубую челюсть. Утром она скажет всем, что бабушка сама померла ночью, от старости.
Сев напротив старухи, она стала думать, как ей помочь дочери. Когда первые лучи рассвета заглянули в окно и коснулись растрепанных волос Зои, она встала, оделась, повязала на голову платок и тихо, чтобы не разбудить дочь, вышла из дома..