Страница 74 из 77
Правители сидели за большим круглым столом. По цвету он был похож на белый гранит с замысловатыми серыми полосами и завитками. Светлый тон стола был сделан умельцами в честь нейтральной территории, которая отображалась в моих «встроенных» картах белым цветом. Короли шести территорий совместно правили нейтральными землями и белый оттенок, как нельзя кстати, подчеркивал нейтралитет и чистоту помыслов и действий правителей. Кроме этого я заметила, что короли были одеты в свои расовые одежды, цвет которых совпадал с цветом территорий земель, где правит каждый из них. Во время моего первого визита в тронный зал мне говорили, как зовут всех королей, но я даже не стала пытаться запомнить трудновыговариваемые имена правителей. Да и память у меня с детства была, как у рыбки, на пять минут. Поэтому, я ни с кем из них не общалась, кроме отца Амелии. К остальным королям не обращалась, а лишь отвечала на их вопросы и благодарила за похвалу и награды.
Король Диметрий восседал на троне в синем длинном одеянии. На его голове блестела большая золотая корона с камнями, на пальцах — массивные печатки. Мужчина смотрел на меня по-отечески и подбадривающе кивал.
Справа от него располагался эльф. Ушастый правитель поправил серебристую накидку и осматривал меня с надменным взглядом сверху вниз. Видимо у эльфов это в крови. Невольно вспомнила своего пропавшего Блокуса и загрустила. Чтобы отвлечься от грустных мыслей, стала также бесцеремонно разглядывать короля. Эльфийский правитель, который был в тронном зале выше всех, сидел прямо, словно проглотил копье. На его высоко поднятой голове заметила украшение — тонкий резной серебряный ободок на лбу. Если он еще немного от гордости за свое расовое великолепие задерет ее вверх, то все присутствующие смогут увидеть содержимое его королевских ноздрей.
Следом за круглым столом сидел вампир. Его красный плащ с высоким стоячим воротником бросался в глаза. Длинные, черные, как смоль, волосы кровососа резко контрастировали с бледной, как мел, кожей. Я была готова поклясться, что этот клыкастый смотрит на мою бьющуюся от волнения венку на шее. В глазах вампира под его контролем медленно перетекали красные всполохи. Я старалась даже не смотреть на него. Не зря сразу невзлюбила эту расу. Все эти сосуны одинаковые.
Рядом с вампиром находился гоблитроль. Этот маленький король очень похож на нашего Шишу, только на вид был старше, больше морщинок на детском улыбающемся лице. И одет был богато. Темная шапочка на голове, похожая на тюбетейку, с блестящим серым камнем по центру, прикрывала седину слегка отросших волос, а курточка играла всеми оттенками черного. Гоблитроль — каменный, земляной король. Он чем-то напомнил мне сказку Павла Бажова «Хозяйка Медной горы».
Справа от малыша возвышался орк. Накаченный мужчина с темной, с зеленоватым оттенком, кожей, скучал, играя металлическим пером в руке. Он то сгибал его одним пальцем, то вновь разгибал. Темно-зеленая жилетка отлично сочеталась с цветом кожи угрюмого орка. А бритая голова королевской особы поблескивала от бликов свечей, щедро натертая дорогим парфюмированным маслом.
Замыкал цепочку за столом — гном, который восседал на троне между орком и человеком. У него, как и у гоблитроля, из-за низкого роста стулья были вполовину выше, чем у остальных королей. Пузатенький гном с милыми косичками расстегнул желтую кофту, бросил на меня не заинтересованный взгляд и продолжил перебирать самоцветы в небольшой шкатулке, периодически рассматривая драгоценные камни через монокль. Ну истинный гном! На первом месте — богатство. И если в гномьих руках что-то ценное, то пусть весь мир подождет.
В общем и целом, каждый из присутствующих правящих королей был достойным представителем своей расы.
Я была рада вновь увидеть короля Диметрия и его дочь Амелию. В награду мне предлагали все, что я пожелаю. Но я отказалась. Попросила лишь наградить звонкими монетами всех, кто принимал участие в освобождении города. Если бы меня в это время слышал мой друг, гном Сашка, как я упускаю возможность хорошо поживиться, да, в принципе, любой гном, то у него случился бы пер… сердечный приступ.
По прошествии всех официальных традиций награждения, я вернулась в свой замок и стала жить, как прежде. Не зазнавалась и лечила всех, и своих и чужих, кто обращался ко мне за помощью.
Очень часто, особенно перед сном, с воспоминаниями о доме, родителях и умершем брате, ко мне приходили мысли об эльфе Блокусе. Я продолжала надеяться на то, что он рано или поздно объявится, напишет мне телепатически, как раньше, и его имя в списке друзей вновь загорится зеленым. Или неожиданно появится передо мной, во время охоты, как эльф частенько любил делать, используя умение скрытности. Но как бы я не бредила надеждами, надпись «Блокус» продолжала оставаться безжизненно серой. Мужчина, к которому я прикипела сердцем, приходил ко мне лишь во снах. Мысли о том, что эльф исчез и слухами полнятся земли о том, что боги могут забирать жителей Навалона, болезненно жгли мою душу. Невольно проводилось сравнение с братом Ванечкой, который ушел к Богу на небеса. Но я старалась гнать из головы паршивые мысли. Искренне надеялась на то, что если Блока нет рядом со мной в мире, где не может быть смерти, то он вернулся в наш мир и с ним сейчас все хорошо. Такая теория меня успокаивала и давала возможность жить дальше.