Страница 12 из 13
Вместо жены к нему приползла голодная змеевидла. Она обвила варяга кольцами и хотела сожрать, но тут кто-то, примчавшийся из чащи, прокусил ей затылок. Кольца мёртвой змеевидлы разжались, и варяг увидел свою жену. Она и была существом, оборвавшим жизнь змеевидлы. Громадная рысь, самая крупная из всех, которых ему доводилось встречать.
Рысь, или арысь-поле, смотрела на варяга диким взором. В её жёлтых глазах крутились два водоворота. Непонятно было, узнала ли жена мужа или сейчас прикончит. Варяг несколько раз окликнул её – никакого результата. Стоило ему сделать малейшее движение, арысь-поле напрягалась и показывала тонкие и длинные, как стилеты, клыки.
Непонятно, чем всё закончилось бы, но тут тряпичный кулёк, который варяг прижимал к груди, заплакал. Варяг показал дочку матери. Водовороты в жёлтых глазах арыси замедлились. Младенец продолжал плакать.
А дальше случилось то, что сказка фиксирует очень кратко: «Арысь-поле сбросила свою шкуру под колоду и стала кормить малютку».
Мысли Кузи: Хм… Как именно арысь сбросила шкуру и какие биологические механизмы были при этом задействованы, сказка умалчивает. Если речь шла о магической трансформации, то шкуру сбросить технически невозможно. Всякому ясно, что шкура – это не рубаха, которую можно просто натянуть через голову. Но ведь и Василиса Прекрасная сбрасывала кожу, только лягушачью. То есть сброс шкуры-кожи, рысьей или лягушачьей, – научно зафиксированный факт, ибо сказки никогда не врут в главном.
Каждую ночь молодой варяг стал относить дочь в лес. Прибегала арысь-поле, сбрасывала шкуру под колоду и кормила ребёнка. Перед рассветом она опять надевала шкуру и исчезала. Дочка уже не плакала. Быстро набирала вес, стала крупнее и сильнее других детей. Соседки начали сплетничать: что-то тут нечисто! Кто-то из них побежал к ведьме.