Выжить после предательства

Глава 1. Рыжая чертовка

Котов Александр Николаевич.

«Двух вещей хочет настоящий мужчина: опасности и игры.

Поэтому он хочет женщину,

как самую опасную игрушку». (Фридрих Ницше.)

Как выглядит апогей вселенского отстоя? Да вот он, собственной персоной! Меня едва не отправили к праотцам на чертовой сделке вместе с Зориным, причем действовали эти гады с какой-то пугающей, почти балетной слаженностью.

Сначала, грешным делом, подумал на самого Демида. Мало ли, решил, что пора расширить горизонты и прибрать мой бизнес к рукам? Но конкурентов обычно не спасают, а он не из таких кровожадных. Если бы захотел убрать, провернул бы всё лично, с фирменной ухмылкой.

Потом позвонила Поля, попросила встретить свою давнюю подругу Арину. Особо не погружаясь в детали, только успел дома освежиться и переодеться, чтобы не травмировать нежную психику барышни своим видом после «небольшой» перестрелки.

Вокзал, как всегда, встречает громким гулом голосов и своим особенным запахом потных тел.

Стою, как идиот, с табличкой «Арина» высматриваю ее в этой людской мясорубке. Замечаю симпатичную рыжую бестию, которая нервно озирается по сторонам. По фото, что Полина прислала, вроде она. Надеюсь, у нее хоть с чувством юмора всё в порядке. Несколько часов в тишине я точно не переживу.

Последний раз видел её на десятилетии Полины, боже, это целая вечность назад! Тогда она была ещё смешным угловатым подростком, но даже в этой толпе кричащих детей её было невозможно не заметить — рыжая девчушка с волосами цвета закатного пламени и ни одной проклятой веснушки! Потом вроде она переехала.

Сканирую ее с ног до головы: бордовая футболка, джинсы, обычный набор для выживания в джунглях большого города.

Подхожу, представляюсь. А она дрожит, как осиновый лист на ветру. Боится? И правильно делает! Подхватываю её сумку и этот смешной чемоданчик, направляюсь к парковке.

В машине Арина хранила молчание, вцепившись в подлокотник мертвой хваткой. Её слегка припухшие глаза я заметил сразу, но на перроне решил не лезть с расспросами. Моя маленькая ведьмочка явно пережила эмоциональный апокалипсис.

Наконец не выдержал:

— Ну что, Арина, рассказывай, как жизнь молодая? — аккуратно поглядываю в её сторону, не хватало, чтобы она тут водопад развела.

Девушка совсем не по-женски громко шмыгнула носом, выдавливая из себя жалобное:

— Спасибо, что встретили, — ну хоть что-то! Немая сцена, конечно, это концептуально, но я не Дэвид Линч, чтобы расшифровывать пантомимы.

— Да не за что, — отмахнулся. — Лучше расскажи, что за трагедия в твоих глазах разыгралась? Тебя что, на вокзале голуби атаковали?

Попытался, гений юмора, блин, разрядить обстановку. Арина вздрогнула, посмотрела на меня своими огромными влажными глазами. В них плескалась безысходность. Я уже начал жалеть, что подколол её насчет голубей. Видимо, дела обстоят серьезнее, чем я предполагал.

— Это… Это сложно объяснить, — пробормотала она, отворачиваясь к окну. — Просто… Всё очень плохо.

«Всё очень плохо» — это, конечно, информативно. Но что поделать, буду вытягивать клещами. Припарковался у обочины, заглушил мотор и повернулся к ней всем корпусом.

— Арина, слушай, я понимаю, что ты меня почти не знаешь. Но Полина — не та девушка, что попросит о помощи первого встречного. Если тебе есть что рассказать — рассказывай. Если нет — я просто отвезу тебя к ней, и больше мы не увидимся. Решать тебе, детка.

Она молчала, глядя в окно, словно раздумывая над моим предложением. Наконец Арина повернулась ко мне, в ее глазах появилась решимость.

— Ладно, — прошептала она. — Я отменила свадьбу, потому что мой «чудесный» жених выдал мне, цитирую эту гадость дословно: «Что дочь ему не нужна. Все вы, бабы, шлюхи».

Невольно присвистнул. Вот это поворот сюжета! Кто бы мог подумать, что такое услышишь от человека, готового поклясться в вечной любви у алтаря? Похоже, у девочки действительно полный «ахтунг».

— Ну, это, конечно, лютый треш, — да это же какой-то эпический вывих мозга! Я, конечно, жизнь повидал, всякого дерьма нахлебался, но чтобы вот так, в лоб…

Волна ярости захлестнула мгновенно. Желание свернуть шею сосунку появилось моментально. У меня, конечно, нет своих детей, но есть любимая племянница, за которую я готов грызть глотки. И если бы какой-то гандон посмел сказать ей что-то подобное… Ох, я бы вырвал ему все, что только можно вырвать, потому что после таких слов он уже не мужик, а просто слизняк!

Арина криво усмехнулась, в ее глазах плескалась горькая ирония.

— Просто я, наивная дурочка, считала его самым-самым… Ну вот и довыбиралась.

Внутри всё кипело от возмущения. Как можно так относиться к любимому человеку? Тем более, если эта женщина ждет твоего ребенка?

— Аринка, солнышко, — постарался я придать голосу максимум бархатистости и сочувствия, хотя внутри кипел. — Я знаю, сейчас тебе кажется, что мир рухнул. Но, клянусь, ты не одна! Есть Полина, а теперь еще и я — мы горы свернем ради тебя! А твой… эээ… бывший жених… Он просто клинический идиот, и тебе крупно повезло, что эта мерзкая правда вылезла наружу сейчас, а не после того, как вы обменялись кольцами и клятвами!

Погладил ее по плечу, стараясь передать хоть немного уверенности.

— Ладно, поехали. Отвезу тебя к Поле, там разберемся. И забудь этого козла, он не стоит ни одной твоей слезинки, поверь мне!

Всю дорогу Арина молча смотрела в окно, наверное, прокручивая в голове всю эту гадкую историю. Я лишь надеялся, что у Полины найдется нужный набор слов и обнимашек, чтобы хоть немного залечить ее израненное сердце.

Приехали к ней быстро. Она уже ждала нас у подъезда. Увидев Арину, сразу бросилась к ней с объятиями. Они долго стояли так, обнявшись, видел, как Арине становится немного легче.

— Ну что, проходите, — наконец сказала Полина, отстраняясь. — Чай будем пить и всё обсуждать.

Поднялись в квартиру, Поля сразу повела Арину на кухню, а меня оставила в гостиной. Я решил не мешать их девичьим разговорам, написал помощнику, чтобы он нарыл информации на этого «жениха», чтобы как следует запомнил, что играть с чувствами беременных женщин — занятие крайне опасное для здоровья!

Через пару часов позвали меня на кухню. Арина выглядела немного лучше, но все еще была подавлена. Поля налила чаю, устраиваясь напротив меня.