Страница 46 из 83
Прошли ещё тридцать метров. Здесь жар выжигал всё живое. Краска на щитах начала пузыриться и дымиться. Даже через толстую сталь парило невыносимо. Металл начал раскаляться. Воздух за щитами колыхался, искажая видимость, делая всё плывущим. Рёв огня превратился в сплошное давление, заполнявшее череп, заглушавшее собственное дыхание. Ноги вязли в размягчённой от жара земле. Мокрая ткань на лицах начала высыхать. Трактора развернулись и пошли назад, готовые утянуть щиты обратно.
Вайс, крича прямо в ухо Карлу, показывал рукой на точку:
— Здесь! Бурите здесь!
Приходилось орать что есть силы, чтобы перекрывать гул пожара.
Карл и Эрни, пригнувшись, опустили тяжеленную установку и принялись забивать её стопоры. Затем в проушину опустили «шнек». Захлопнулся затворный замок станины. Теперь ствол бура схватило кольцо опоры.
— И-и-и! Навались!
Бур, вращаясь, пошёл в землю. Работать в этом аду, в постоянной вибрации и под жутким видом всепоглощающего пламени, бившего в небо прямо за кромкой щитов, было психологической пыткой.
Вся команда трудилась молча, стиснув зубы. Пока трое бурильщиков напрягали жилы, ходя вокруг тяжёлой станины и толкая ручки здорового шнекового бура, остальные поливали друг друга водой из ручья, которую качали по шлангам, что заканчивались у «команды поддержки» и отбрасывали вывороченную землю.
Обливаясь потом, люди изнемогли уже через полчаса. Еле дотащившись до лагеря, все разделись и облились водой. Пить хотелось нестерпимо. Но вокруг добровольцев царило молчание. Никто не проронил ни слова из тех, кто был рядом. Даже Макбрайд. Нефтяник напряжённо прохаживался неподалёку у стены заброшенного участка, где был разбит временный лагерь.
А затем снова закипела работа. И снова перерыв. В третий раз к щитам уже шли, еле переставляя ноги.
Наконец, достигли нужной глубины и бур вытащили. «Поддержка» передала трубу. Джесс и Эрни опустили её в получившуюся скважину. А Люк с Николаем, двигаясь, как в замедленной съёмке, подтащили короб с зарядом.
Осторожно, как хирурги, вставляющие зонд, Эрни и Люк спустили запакованные брикеты по трубе. Всё это время Николай, высунув и прикусив от напряжения язык, медленно разматывал катушку с изолированными проводами для электрического детонатора. Джесс «протягивал» провод, тянувшийся назад, к ручной динамо-машинке для подрыва.
— Трубу выше…
С натугой трое мужчин схватились за наваренные «ушки» и положили их себе на плечи.
— Аккуратно…
Труба пошла вверх. Пять сантиметров…
— Аккуратнее! Ещё!
Ещё пять сантиметров. Ещё. Ещё.
— Стоп!
Теперь брикеты с динамитом и детонаторами остались лежать в полости под трубой. Немного пространства, совсем немного, но оно нужно для создания более сильной ударной волны.
— Законтрите заряд… — взволнованно произнёс Вайс.
За шумом огня его было почти неслышно, но поняли все.
Заглушка медленно на цепи опустилась по трубе, пропуская провод по «желобку» сбоку.
— Залив…
Глиняная пробка начала печатать трубу.
— Всё! Отходим! По одному! — закричал Вайс, и его команда, пятясь, не выпуская щиты из виду, начала медленный отход, разматывая за собой тонкий провод. Трактористы, увидев сигнал — взмах фонарём, — пошли в обратную сторону. Щиты поползли назад, прикрывая отход и пропуская в небольшой зазор размотанный провод, дабы не порвать его.
Отходить пришлось на пятьдесят метров, к вре́менному лагерю. Там «подрывная команда», задыхаясь, попадала на землю. Лица всех добровольцев были красные, глаза воспалены. У Вайса с Карлом на руках поднялись волдыри от ожогов. Все, давясь, пили тёплую воду.
Вайс поднялся на колени, схватил рукоятку динамо-машинки, к которой был подключён провод. Его руки дрожали от истощения.
— Вода! Грязь! На линию! По моей команде — всё, что есть! — прохрипел он, обводя взглядом замерших в ожидании рабочих, — Бредли, твоя катапульта готова?
— Да!
— Залегли.
По цепочке вокруг лагеря пошла команда. Люди на своих позициях ложились на землю, готовясь вскочить и тушить огонь.
Геолог посмотрел на своих подчинённых. Джесс, сидя на земле, кивнул, поднимая большой палец. Карл просто вытер лицо окровавленным от рассечений при работе с буром рукавом. Вайс сделал глубокий, обжигающий вдох и резко, со всей силы, провернул рукоятку раз, другой.
Сначала показалось, что ничего не произошло. Потом земля под их ногами дрогнула — не общим толчком, а точным, глубоким ударом, который почувствовали скорее внутренностями, чем ушами.
Грунт над зарядом слабо взмыл ввысь и упал вокруг. Звук пришёл следом — не оглушительный рёв, а сдавленный, тяжёлый бумф, который пробился сквозь постоянный гул пламени.
Трубу, по которой спускали заряд, просто метнуло с силой, как копьё. Она всё равно не выдержала, несмотря на пробку, и взлетела выше покосившегося остова вышки.
У основания огненного столба, не в центре, а сбоку, в том самом месте, куда был заложен заряд, вспыхнул второй, короткий и яростный огненный шар. Он тут же был поглощён основным пламенем, но эффект был налицо. Огненный столб дрогнул, словно споткнувшись и потеряв энергию.
Пламя на мгновение — всего секунд на пять — оторвалось от земли, превратившись в хаотичный, клубящийся шар, а затем, потеряв плотную связь с потоком нефти, схлопнулось. Его высота резко уменьшилась.
Теперь это был уже не слепящий столб огня, а огромный, яростно коптящий факел, который бил уже не из самого устья трубы, а из зоны вокруг неё, где горела разлитая нефть и обломки.
— Дави! Дави теперь! — завопил Вайс, хрипло и не своим голосом.
Толпа рабочих, замершая в ожидании чуда или катастрофы, ринулась вперёд. С десяток мощных струй воды из пожарных насосов ударили в точку, где секунду назад било сердце пламени.
Над головой со свистом пролетел мешок и бухнулся прямо рядом с устьем, на мгновение взорвавшись пылевой взвесью.
— Ещё! — заорал где-то сзади Бредли.
Грузовики с песком и глиной поехали вперёд на предельно возможное расстояние.
Второй бросок.
Третий.
Машины достигли еле дребезжащего и расширившегося в стороны пламени.
— Катапульта — стоп! — закричал Вайс.
А люди, не жалея себя, начали швырять тяжёлые, мокрые мешки в образовавшуюся широкую брешь прямо с машины. Грунт от взрыва прибил её часть, сузив фронт работ.