Страница 43 из 83
— Насколько я знаю, у чикагцев пока не очень хорошие отношения с бюро расследований… с их новым отделом по борьбе с алкоголем, — вставил Синицын. Так что, для нас будут риски в этих поставках. Пока что наши автомобили из-за нашей системы поставок не могли накрыть агенты бюро. Теперь это будет стоять под ударом.
— Я понимаю это. Но штат «верных» нашему делу людей расширяется очень медленно. И если война с Массерией будет затяжной, придётся расставлять приоритеты — заключил я, — Впрочем, я сделаю пару звонков и попытаюсь решить эту проблему с бюро. Теперь вам слово…
— Кстати, о Массерии, — первым подал голос Гарри, — Мои информаторы всё же вышли на человека, который готов с нами сотрудничать. Перед тем как идти сюда, я кое-что разузнал от них.
Я усмехнулся. Как там говорил царь Филипп Македонский? «Нет такой крепости, в ворота которой не пройдёт осёл с мешком золота»? Вот и в стане Джо «Босса» нашёлся тот, кого можно купить.
— А вот это очень кстати! — произнёс я, потирая руки, — И что известно?
— Похороны Чиро «Артишока» Террановы состоятся через два дня. Примерный маршрут кортежа известен. Но его наводнят люди Массерии. И сам он со своими капо поедет в одинаковых машинах. С занавешенными окнами…
— Боится огня снайпера, — криво усмехнулся Синицын, — Горохов хорошо сработал тогда по Чиро.
— Однако, как я и думал, Джо «Босс» вылез из своей берлоги на похороны, — сложил я на груди руки и улыбнулся, — И это отличная новость.
Гарри не стал разделять мою радость:
— Маршрут такой, что туда просто так не пробраться. Бойцы Массерии будут проверять все, — покачал он головой, — Как мы доберёмся до него? Тем более, насколько я знаю, полиция тоже будет замешана в этом.
— Есть место, где нет людей?
— Скорее всего, они поедут через старый складской квартал. Там и так нет людей ранним утром, а полиция, думаю, перекроет дороги. Мы будем сразу как бельмо на глазу.
— Значит, нам надо уже сегодня вечером оказаться там, — хлопнул я ладонью по столу.
Все недоумённо уставились на меня.
— Вы что-то придумали, Лексей Иваныч? — спросил за всех Волков.
— Не я… А Винченцо Рафиноли… — подмигнул я, — Но мы «доработаем» его план…
В это же время. Нефтяные поля Бербанка, штат Оклахома.
На месте подорванной вышки бушевало солнце, рождённое землёй. Огненный столб высотой в добрых пятнадцать метров ревел и клокотал, вырываясь из раны в земле. Он был ослепительно ярким в своей сердцевине, а по краям колыхался оранжевыми и кроваво-красными языками. Уже с восьмидесяти метрах от него шёл жар, который можно было почувствовать, а в пятидесяти он высушивал кожу на лице и заставлял щуриться.
Земля вокруг была залита чёрным, вязким озером, по краям которого дрожала узкая полоса огня, пожиравшая всё, что могло гореть. Воздух гудел от непрекращающегося рёва пламени. Его наполнял тяжёлый, сладковато-едкий запах горящей нефти и гари, что въедался в одежду и лёгкие. Небо над факелом было затянуто густой, чёрно-бурой пеленой дыма. Гонимая ветром, она ползла на юго-восток.
Вокруг этого ада, на более-менее безопасном расстоянии, метрах в ста, кипела лихорадочная деятельность. Сюда стянули всю технику, что была на соседних далёких участках: пожарные насосы с бочками, грузовики с песком и глиной, ещё дальше расположился временный лагерь и вагончики с инструментами.
Люди, десятки человек — местные рабочие, нанятые Билли Вайсом и Барни Макбрайдом для «Соколов Ойл Компани», и примкнувшие соседи-нефтяники, сбежавшиеся на страшное зрелище, — метались в призрачном, колеблющемся свете пожара.
На самом деле, никто уже не знал, что делать с разгулявшейся стихией. Струи воды из брандспойтов, которые направляли в основание факела, исчезали в пламени, не достигая цели, лишь добавляя шипения и пара. Песок и глина, которыми пытались забрасывать устье, не долетали до него.
Билли Вайс стоял на подножке одного из грузовиков, и огненный столб отражался в его очках. Геолог хорошо знал скважину, которую сам и пробурил. Знал глубину, давление. Сейчас эти цифры говорили ему, что времени мало. Вайс коротко и резко отдавал приказы, и его хриплый голос перерезал гул пожара.
— Оттащите эти бочки дальше! Они лопнут, если огонь прыгнет! — прокричал он, указывая на цистерны с водой, — Второй насос — поливайте землю вокруг, создайте барьер из воды! Не лезьте ближе!
Вайс спрыгнул с подножки и подошёл к группе бригадиров. Его помощник, молодой парень по имени Джесс, с лицом, почерневшим от копоти, тыкал пальцем в самодельный чертёж на листе фанеры:
— Билли, мы не можем подойти! Жар прожигает резину на сапогах! И смотреть невозможно — так слепит!
Геолог даже не смотрел на чертёж. Он и так всё это понимал. На его суровом обветренном лице застыло жёсткое выражение. Вайс уже принял окончательное решение после звонка Соколову.
— Нужны щиты, — сказал геолог, глядя на огонь, на его пульсацию, — Листовое железо. Со склада. И мотки стального троса. Два трактора. И динамит.
Последнее слово заставило всех замолчать. Слово «динамит» на нефтяном пожаре звучало как приговор.
— Взрыв? — переспросил Карл, один из бригадиров, полноватый немец, — Ты с ума сошёл? Он всё к чёрту разнесёт!
В этот момент к группе людей подъехал пыльный «Паккард». Из него вылез Барни Макбрайд. Нефтяник, не здороваясь, подошёл вплотную к Вайсу.
— Пламя не спадает? Соколов звонил мне и сказал, что ты, Билли, взялся затушить его БЫСТРО? — рявкнул он, перекрывая шум, — Да здесь на десять километров видно это светопреставление! Как это вообще случилось?
— Ночью подложили заряд в основание, — холодно ответил Вайс, не отводя взгляда от пламени, — Охранников не нашли. Честно говоря — я думаю, что они там… — В сторожке… — геолог показал на уже полностью прогоревшую кучу головешек, оставшуюся от пожара, — Кто-то взорвал опору и трубу. Видишь, какой крен?
Макбрайд присмотрелся. Да, даже недостроенная толстая часть вышки верхняя часть вышки скособочилась будто раненый зверь.
— Чёрт побери! — выругался он, — Ну ладно. Значит, будем тушить. Где твои люди с заглушками? Нужно тащить стальную плиту, лить воду, и под прикрытием задвинуть её на устье. Я видел, как это делали в Техасе.
— Не получится, Барни, — Вайс, наконец, повернулся к нему, — Дыра слишком большая. Края очень рваные. Никакая плита не сядет.
— Законопатим глиной оставшиеся щели после того, как надвинем плиту? — тут же предложил Макбрайд.