Солнце, которого не было

Глава 21

Несмотря на то, что большая часть живущих здесь привыкла к атмосфере и разрухе второго, были в этом секторе и места, где не отваживались жить даже самые отчаянные.

В таких районах, сгнивших полностью, от запаха уже нельзя было избавиться. Он давно въелся в каждый атом всего вокруг, стал его составляющей. Непригодные для ремонта здания в буквальном смысле слова осыпались, выбитые окна давно забыли, что такое отражения людей, а перебитые провода не питали этот район электричеством больше пяти лет. Где-то гудели проезжающие вдали трамваи, монотонно и раздражающе капала вода, застоявшаяся на прохудившейся крыше с ночного полива.

Мира то и дело покрывалась мурашками и вздрагивала от каждого шороха, а ещё – от звука внезапно падающих где-то в соседней комнате частей стены или крыши, питалась тем, что приносил ей Марк, носила одежду, которая была ей велика, потому что тот совершенно не разбирался в размерах женских «тряпок». Запасы еды быстрого приготовления почти не уходили: Мира отказывалась их есть и только обиженно хмурилась, когда Марк говорил, что это «нормальная» еда, и вообще он всю жизнь питался этой лапшой в коробках. Он старался приезжать почаще, и, когда приезжал, привозил готовую еду, которую успевал закупить на пути во второй. И как ни старалась Мира убедить себя, что это временно, вставать по утрам было тяжело и страшно.

— Сегодня дом опять не рухнул. Удивительно.

— Тут опасно оставаться, не хочешь перебраться хотя бы в соседний?

— Они осыпаются все.

«Осыпаются», – это было мягко сказано. Мягко – именно с интонацией тишины и умиротворения. Мира лежала на груди Марка, водила пальцем по рельефному прессу, и казалось – ей всё равно, даже если дом рухнет прямо сейчас.

— Я скоро заберу тебя обратно в пятый. Вернём тебе должность.

— Не говори ерунды. Мне нужен новый паспорт, и чтобы меня перестали искать.

— Тебе надо вернуться на свою прежнюю должность. – Марк провёл рукой по её чёрным волосам. За короткое время они уже прилично отросли, появились светлые корни, но из-за отсутствия ухода и домашнего окрашивания распушились и не слушались. Сколько ни расчёсывай – моментально путались.

— Не надо. Я рада, что это больше не моя головная боль, хоть и вынужденно.

— Тебя несправедливо лишили власти, – возмутился Марк. – Ты построила эти купола, они должны быть тебе благодарны. И ты заказала этот мутаген. Это всё твоё.

— Я думаю, что ты помог мне и спишь со мной только потому, что раньше я управляла секторами. У тебя нездоровая тяга к власти и признанию. Такое бывает, когда ты не уверен в себе.

— Это не так.

— Так. И ты хочешь обойти своего друга, потому что всем вокруг кажется, что он лучше тебя. Вообще не перестаёшь о нём говорить и думать. Но, мой милый Марк, как только ты поймёшь, что тебе не нужно чужое признание, ты станешь действительно счастливым человеком. Я знаю, о чём говорю. Поэтому давай оставим эти несбыточные сказки и вернёмся к первоначальному плану.

Марк нахмурился. Задумался. Была ли права Мира? Он действительно всегда считал себя лучше Дюка, и признание этого окружающими словно стало целью его жизни. Даже сейчас, когда Дюк не смог сдать полную аттестацию по боевой подготовке, он всё равно охранял Леди секторов. И кто стал Леди? Бывшая девушка Дюка. Мало ему этой дамы, так он ещё и крутит со второй мутанткой. Той светленькой, которая, как «особенная», входила в план переворота. Всё доставалось этому дурачку просто так. «Он просто родился под счастливой звездой, – каждый раз убеждал себя Марк. – Просто он умеет всем нравиться. Просто ему везёт».

А вот Марку, как ему всегда самому казалось, приходилось постоянно прикладывать усилий раза в три (точно!) больше, чем Дюку. Как бы Марк ни старался – всю дорогу по жизни он спотыкался на ровном вместе.

— Поздно. Я уже выдвинул это требование.

Мира подскочила на матрасе, который она теперь называла «кроватью», пружина больно врезалась в ладонь, поцарапала её.

— Что? Чёрт, Марк..

Мира устало вздохнула и опустила плечи, на которых, как ей когда-то казалось, держался весь оставшийся мир. Она прижала к себе простынь, пряча обнажённую грудь, подняла поцарапанную ладонь к лицу, а после перевела взгляд на Марка.

— Вот почему она подорвала поезда. Она теперь вообще никаких требований не примет. Всё это – детские игры..

— С чего ты взяла, что это она?

— Ты ещё сомневаешься?

— Это был просто слух.

— Я слишком хорошо знаю Николь. Эта охота – тоже её идея. Я всё думала – зачем ей выгонять мутантов за стены? Думала, она знает, что делает. Это она принесла мне видео с твоим другом. Знаешь, так кричала, что они его нашли, что эти дети существуют. Оказывается, ей просто надо было выдворить его.

— Мне не нравится, что его тётя так с тобой поступила. Она должна получить по заслугам.

— О милый, если ты действительно дорожишь мной так, как шепчешь мне перед сном, то, пожалуйста, оставь эту идею и просто сделай, как я прошу. Вытащи меня из этой дыры так, чтобы я открыла свою пекарню и разливала по утрам людям кофе. Я больше не хочу влезать в эти проблемы. Я доверилась не тому человеку, проиграла всё – и просто хочу признать это.

— Но..

— Никаких «но», – Мира приложила к губам Марка указательный палец, а после поцеловала его. – Кстати, очень захотела кофе. Собирайся, прогуляемся до жилых районов. Только у меня маски кончились. Не знаю, чем лицо прикрыть, чтобы не вызвать подозрений.

И, пока Мира, вставая с матраса, стаскивала с Марка покрывало, тот искал под подушкой телефон. Нашёл.

«Я кое-что придумал», – написал он в диалоге с ХХХ.

Мира собралась быстро. Она влезла в серую шерстяную кофту, которая тут же сползла с одного плеча, выставив напоказ лямку от майки, натянула длинную юбку, тоже слишком большую для неё. Подхватила юбку поясом, собрав лишнее в складку сбоку.

— Давай попробуем тут купить тебе одежду? – предложил Марк, усердно расписывая план мести Айзеку. Друг не знал второй причины, по которой Марк был заинтересован в мести, и наивно думал, что дело только в Марго, совершенно не приспособленной к службе и так боявшейся на неё попасть.

— Слишком рискованно, – отрезала Мира, роясь в вещах в поисках грязной больничной маски.

— Я купил упаковку новых. Тебе понравятся. Они розовые, с запахом клубники. У меня в сумке.

— Давай собирайся. Я очень хочу поесть, а нам ещё туда идти и обратно тащиться полжизни.

— Иду, милая.

Мира расстегнула спортивную сумку Марка и тут же резко убрала от неё руки.