Страница 29 из 33
— Тогда ответь на вопрос: ты не хочешь, из-за чувства вины перед Сабиной, или потому что я тебе не нравлюсь? Мы оба знаем, что нравлюсь. И прошлой ночью я почувствовал это всем телом. Поэтому, если дело только в Саби, то это не ответ, Ника. Моя дочь — это моя ответственность. Разговаривать с ней по этому поводу тоже буду я. С твоими родителями тем более.
Я молчу. Просто не представляю, что тут вообще можно сказать.
Соврать, что ничего к нему не чувствую? Один поцелуй, одно его прикосновение, и моя ложь разобьётся вдребезги. Поэтому я молча хлопаю ресницами, глядя на него как кролик на удава.
— Так я и думал, — тихо произносит Рашит. Его взгляд теплеет на этой фразе. — Вот поэтому я просил тебя не уезжать, Ника. Но ты не послушала.
— Я всё равно не… не думаю, что мы должны врать ей и…
— Я поговорю с ней. Завтра.
— Что⁈ Завтра⁈
— А когда? Я достаточно долго держался от тебя подальше, отводя душу лишь благодаря твоим фотографиям. Сколько я ещё должен ждать?
— Мне нужно время, чтобы подготовиться к её реакции!
— Ника, — он сжимает моё лицо ладонями, — я не собираюсь страдать детским садом. К её реакции ты не подготовишься. Она будет в любом случае. Так что собирайся. Мы едем домой.
Я вжимаю голову в плечи.
— Нет. Я не хочу. Я не могу. Будет лучше, если останусь жить у себя.
— Не будет. Как раз-таки я настаиваю, чтобы ты жила у меня. А не одна в этом доме.
— Сегодня я никуда не поеду!
— Значит я останусь с тобой, — под громкий раскат грома, Рашит прижимается к моим губам, обхватывает талию рукой и чуть приподнимает меня над полом.
По телу пробегает горячая волна, а затем её будто резко остужают ледяной водой, когда где-то со стороны звучит растерянный голос.
— Пап?… Ник?