Страница 93 из 105
— Да, я знаю всю твою историю, — махнула рукой Моника, словно закрывая тему. — Подумаешь, великая, блядь, драма. Это именно то, чем оно является — историей. Все в прошлом. — Она выглядела разозленной, и я с шоком поняла, что она злится не на меня, а за меня.
Я попыталась подобрать слова, но, судя по всему, она еще не закончила.
— Это не мое дело, и ты можешь послать меня на хрен, если хочешь, — ее тон внезапно стал резким и более жестким, чем обычно. — И я не знаю, станет ли тебе от этого легче, — ее губы сжались в тонкую линию, — но тот гондон, который сотворил это с тобой, больше ни с кем так не поступит.
— Что? — это все, что я смогла из себя выдавить.
Ее глаза стали жесткими.
— Я работала на выезде в ту ночь. ДТП. Всего один человек в машине. Авария была жуткая. Вылет через лобовое и обезглавливание. Но у него в кармане нашли баночку с таблетками. Никаких опознавательных знаков на флаконе. — Она резко встала и принялась перекладывать бумаги. У меня сложилось впечатление, что она ничего не ищет, а просто хочет занять чем-то руки. — В общем, токсикологический скрининг погибшего пришел чистым, если не считать алкоголя, да и того было немного. Но я отправила те таблетки на экспертизу, и они оказались флунитразепамом. — Она резко тряхнула головой. — Есть только одна причина, зачем они могли ему понадобиться. Но я как-то не думала об этом особо до… до этого момента.
Я могла только смотреть на нее, ошеломленная и потерявшая дар речи.
Моника глубоко вздохнула, выдохнула, а затем улыбнулась уже более нормальной улыбкой.
— Знаешь, если тебе правда интересно стать следователем, тебе стоит заглянуть в старые архивы и посмотреть, как составлялись дела. При желании ты можешь поднять отчеты по датам. — Взгляд, который она на меня бросила, был странно проницательным. — Мне нужно отлучиться по делу. Можешь воспользоваться моим компьютером. Как закончишь, выйди из системы, ладно?
Она уже почти вышла, прежде чем я смогла хоть что-то ответить.
— Моника, подожди, — прохрипела я.
Она остановилась в дверях и медленно повернулась.
— Я… почему ты…? — Черт. Я не могла выговорить то, что крутилось в голове. Почему ты злишься за меня, когда я сама это с собой сотворила? Почему ты в ярости из-за меня, если я была той самой дурой, которая напилась и села к нему в машину? Почему ты не ненавидишь меня так же сильно, как я сама себя ненавижу?
Выражение лица Моники смягчилось, хотя губы все еще были плотно сжаты.
— Никто не заслуживает насилия. Никто.
— Но… но меня не насиловали, — выпалила я.
Ее глаза потемнели.
— Не всякое насилие бывает физическим, — тихо сказала она. И вышла за дверь.
Я просидела на месте как минимум целую минуту, прежде чем подняться и медленно пересесть на ее стул. Программа с отчетами уже была открыта на экране. Все, что мне оставалось сделать — это ввести дату. На тот день приходилось три отчета о смерти, но только один из них значился как ДТП.
Я распечатала всё целиком, даже не читая — отчеты, фотографии, вообще всё. Затем вышла из системы, забрала распечатки из принтера и направилась к выходу.