Страница 18 из 38
«Все-таки между любимой девушкой и ненавистной работой я выбираю второе. Погружаться в то, что тебе не нравится, – это в моем репертуаре, обожаю… Но если я не буду работать, то меня сожрет чувство вины. Зато есть крыша над головой и полный холодильник».
Тут всё, казалось бы, ясно. Однако! У людей с такими психологическими особенностями, как у Максима, есть следующая склонность: долгое время они могут копить «энергию», а потом – раз! – и переключиться на что-то другое, перебросив туда все ресурсы. Это вызвано непринятием того, что человек может быть разным, что он имеет на это полное право, что он не обязан быть каким-то «определенным».
Каковы представления Максима относительно работы? Надо вкладываться, всё делать на сто процентов, отсекая остальные сферы жизни и испытывая чувство вины. Психологическая помощь в данном случае должна пойти по двум направлениям: отношения Максима с отцом и установка, касающаяся тотальных вложений в одну сферу жизни.
Поскольку в истории нашего героя очевидны конфликты с отцовской фигурой, стоит упомянуть об одном из следствий этой непроработанной проблемы: речь идет о непринятии себя и угнетении себя с помощью работы. Зачастую как раз отношения с отцом или тем, кто его заменяет, сильно влияют и на отношение человека к деньгам и работе. (Практические рекомендации для начала проработки этой проблемы вы найдете в конце книги.)
Что насчет мышления в стиле «все или ничего»? Это дихотомия, деление происходящего с вами на черное и белое: либо я работаю на полную катушку, живу с постоянным недосыпом, контролирую каждый шаг своих коллег и думаю только о работе, либо я раздолбай, лентяй и вообще человек, недостойный успеха в профессиональной сфере. Причина этого – непринятие одной из сторон своей личности.
Могут ли у человека с дихотомическим мышлением сложиться личные отношения? Могут, но… Первый вариант: его отношения будут длиться примерно столько же, сколько они длились у нашего героя, – это классическая история человека с избегающим типом привязанности. Второй вариант: человек забросит работу и начнет посвящать всего себя личным отношениям – они будут длиться дольше, но вряд ли станут счастливыми, ведь одна из важнейших потребностей останется незакрытой. Как вы могли заметить, Максиму очень важно находиться в безопасности, и несмотря на постоянный недосып и стресс, он пришел к ощущению стабильности и безопасности именно через работу.
Есть ли третий вариант? Конечно. Это принятие того, что он может быть разным, что его жизнь не должна быть посвящена чему-то одному, и, что не менее важно, это принятие отца и проработка отношений с ним.
Если в нашем герое вы узнали себя, переходите к практической части книги и делайте первые шаги по проработке своих психологических трудностей. Желаю вам успехов!
* * *
Теперь перейдем к популярным вопросам от моих зрителей и читателей.
Почему трудоголизм считается проблемой? Разве плохо, что человек много работает?
Вопрос трудоголизма чрезвычайно важен в контексте выстраивания отношений с самим собой. Полагаю, вы встречали людей, работающих на износ, недосыпающих и живущих в постоянном стрессе; они не тратят деньги на себя и не позволяют себе по-настоящему отдыхать, ведь у них всегда найдется чем себя занять. В большинстве случаев эти люди идут на подобные жертвы не ради каких-то «космических» заработков; они могли бы зарабатывать те же деньги, прилагая куда меньше усилий, не жертвуя собой. Словом, здесь суть не в том, сколько они получат, а в том как.
Согласно распространенному мнению, всем хочется работать поменьше, а зарабатывать побольше. Это не про трудоголиков. Они работают усердно и много, но не обязательно эффективно, а результаты их деятельности могут быть совсем не впечатляющими.
Так зачем им это нужно? Если они не будут выкладываться на полную катушку, то их будет угнетать чувство вины. Мнение трудоголика звучит примерно так:
«Если ты пришел с работы и не валишься с ног, ты не старался! Выходные? Они придуманы лентяями для лентяев!»
Трудоголизм – это зависимость, причем социально одобряемая:
«Какой работящий мужчина! Видите, как он старается ради семьи? Берите с него пример!»
Работа с постоянным надрывом – это одна из форм селфхарма, самоповреждения. Человек занимается саморазрушением. Полагаю, вы догадываетесь, к чему я клоню… Трудоголизм – это яркий пример проявления нелюбви к себе, непринятия себя.
Человек, который относится к себе уважительно, да даже просто хорошо, не будет пытаться причинить себе вред. Даже под таким «благовидным предлогом», как работа.
Есть еще один неочевидный пункт. Трудоголизм – это способ эскапизма:
«Тебя ждет дома нелюбимая жена? Останься на работе подольше! Ведь если ты пойдешь пить с друзьями, тебя будут считать негодяем. А если ты остался на работе, никто тебе слова плохого не скажет. Даже наоборот, ты ведь для семьи стараешься. Для той самой нелюбимой жены и детей, ты молодец!»
То есть когда работа для человека является чем-то менее ненавистным, чем семья, он выберет «меньшее зло» и уйдет в него с головой.
Легко заметить, что трудоголизм в большинстве случаев напрямую связан с двумя типами отношений:
● отношения с самим собой: нелюбовь к себе, непринятие себя, аутоагрессия, самоповреждение и саморазрушение;
● отношения с другими людьми: это могут быть как любовные отношения, так и семейные (например, молодой человек не хочет возвращаться домой, где его ждут родители).
Еще есть вариант, который является чем-то средним между первым и вторым пунктом: одиночество. Человек может бояться возвращения домой, в котором никого нет, где его никто не ждет; он работает допоздна, чтобы дома просто упасть на кровать и сразу уснуть.
Как вы понимаете, в трудоголизме нет ничего хорошего. Единственный условный плюс – это то, что другие зависимости хуже, ведь их последствия гораздо страшнее. Я вам искренне желаю быть свободными от зависимостей.