Страница 48 из 101
Поздно вечером в дверь забарабанили так, что Никита чуть коньяком не подавился. Спрятал бутылку за кресло, открыл дверь – и увидел Катю. В руках она держала какие-то рыжие цветы, завернутые в мокрую тряпку. Никита, хоть и был уже слегка пьян и потому благодушен, насторожился – в последний раз соседка сама заходила к нему в гости, когда Витек нагонял на Вьюрки тоскливый ужас своим воем. Входить Катя не стала, стояла в дверях, теребя цветы и поглядывая на Никиту – тоже настороженно, исподлобья.
«До чего ж она все-таки странная», – подумал Никита и наконец решил разрядить атмосферу:
— Это что, мне?
— А.. – кажется, Катя только сейчас вспомнила о цветах. – Нет. У Зинаиды Ивановны взяла.. Это бархатцы. Цветы мертвых.
Никита, к стыду своему, немного испугался, и Катя это заметила:
— В фольклоре. В мексиканском фольклоре бархатцы – цветы мертвых. И я не за этим вообще.. Павлов, я знаю, что происходит. Давно уже знаю.
И тут то ли сыплющее мелким дождем небо разразилось наконец одинокой молчаливой молнией, то ли в Катиных глазах действительно вспыхнули на мгновение яркие, белые огоньки. Приятное опьянение будто сдуло, и Никита испугался уже по-настоящему. А Катя как назло еще и ухватила его за руку, царапнув ногтями по запястью:
— Пойдем, я покажу. Мне нужен свидетель..
— Иеговы? – внезапно выдавил он.
— Что? – Катя разжала пальцы и отступила на крыльцо. – Тебе смешно? Смешно, да?!
— И у тебя теперь теория? – хмыкнул Никита, почуяв, что в этом его спасение. – В очередь вставай. Геомагнитная аномалия? Психотронное оружие? Конец света? Инопланетяне?..
— Пьянь, – с ненавистью прошептала Катя и, развернувшись, исчезла в мокрой темноте.
— Чокнутая, – не остался в долгу Никита, захлопнул дверь и облегченно вздохнул. Ведь Пашка и впрямь рассказывал ему, что у Кати, по слухам, какой-то внушительный психиатрический диагноз, потому и замуж ее никто не берет.
Ему уже было стыдно – и за свою внезапную бабскую панику, и за то, что так обошелся с Катей. Никита достал коньяк и с отвращением сделал большой глоток.
Но он был уверен, что ему не показалось – он действительно видел бледное пламя, сверкнувшее на секунду в ее зрачках.