Страница 4 из 15
— Нет, — прошептала, это было ложью. Я боялась его, ужасалась, что он разбудит во мне старые чувства — те, от которых пыталась сбежать.
— Ты принадлежишь мне, Камила. И я заставлю тебя вспомнить, как это — быть моей.
С этими словами Рус вновь впился в мои губы. Поцелуй был почти болезненным, но я не могла сопротивляться. Я ощущала, как всё внутри сжимается от грубой властности. Мужские руки скользили по моему телу, как когда-то — уверенные, сильные, не допускающие отказа. Я знала, что он больше не допустит слабости, что его жёсткость — отражение той боли, которую я ему причинила.
— Ты не сбежишь снова, — прошептал он, целуя меня с неистовством, которое оставляло меня без воздуха. — А теперь располагайся, этот дом станет твоей тюрьмой на месяц. Тебе запрещено покидать его пределы.
Горячие ладони крепко обхватили мои бёдра, смяли ягодицы, оставляя синяки. Рус притянул меня к себе так, что я ощутила его силу и желание. Каменный член внушительных размеров упёрся в районе пупка, сбивая и без того рваное дыхание. Я знала, что сейчас произойдёт, одновременно желала и страшилась этого.
Бывший хотел доказать мне, что я всё ещё принадлежу ему. И несмотря на всю гордость, боль и страх, я понимала — сопротивляться бесполезно. Он был бурей, неукротимой стихией, и я могла лишь покориться этой силе, растворяясь в его безумной страсти.