Чужанские заботы

Глава 22

Понятно, что до самого вечера я был как на иголках, то и дело посматривая на молчащий телефон. Один раз даже подорвался, но это оказался желающий продать мне ортопедический матрац. Где они только берут эти номера для холодных звонков?

Это мне еще повезло, что жиртрест помог немного отвлечься от суровых будней. Когда мы приехали домой, то застали перевернутую комнату, рассыпанный бисер и Витю в крайне взбудораженном состоянии. Он радостно продемонстрировал мне несколько «изображений», которые скорее напоминали картины людей со сложным восприятием реальности, после чего потребовал есть.

Именно за ужином, путем нехитрых тестов мы и выяснили, что даже у нечисти бывает хроматопсия. Иными словами, наш жиртрест оказался дальтоником. Что по итогу? Потраченные деньги на бисер, разыгравшийся аппетит Вити после «хорошо проделанной работы» и невразумительный результат. Нет, в целом я был готов даже утвердить это хобби в качестве основного, если бы не одно «но» — жиртрест предложил вешать его лучшие поделки на стену. Думаю, согласись я на подобное, то в один день все закончилось бы массовой стрельбой в общественном месте. Потому что после «картин» Вити появлялось единственное желание — убивать. С другой стороны, пусть и сомнительный, но талант.

В общем, я решил, что хобби — это замечательно, но мы будем работать с Витей и дальше в данном направлении. К примеру, в каком-нибудь моделировании цвета не нужны. Смущал разве что повышенный аппетит после подобных мероприятий. Я, как и обещал, перевел большую часть денег на карту дочери, оставив себе совсем немного средств на существование. Конечно, всегда можно купить пару мешков картошки для жиртреста, тем более, как показала практика, его вполне устраивают и сырые корнеплоды. Но ведь и самому надо как-то адекватно питаться.

Если ко всем этим хлопотам прибавить возвращение домой, то я очень даже неплохо убил несколько часов. Вот только звонка так и не дождался.

Нет, понятно, что в делах неповоротливой государственной машины порой можно было дожидаться нужного результата очень долго. Но тут имелись определенные нюансы. Если знаешь, кого подмазать или где надавить, все решается быстро и без особых проблем.

Лично я считал, что если у Чекалов в кармане прокурор, то никаких проволочек возникнуть не должно. Он делает установку следователю, тот закрывает дело и выносит постановление об освобождении Липатова из СИЗО. Учитывая, что Ридигер страсть как хочет узнать, что же там произошло с сыном, все это должно случиться в самые короткие сроки.

Тогда почему никто не звонит? Я, как последний параноик, даже проверил, сколько денег на телефоне и прислал себе смс с помощью одного из интернет-сайтов. Нет, все работало. Набрать дочери? Будет так же глупо, как звонить человеку, который сказал, что опаздывает из-за пробок на дорогах, и торопить его. Если возникнут сложности, Вера свяжется сама.

Вроде вот умный человек, прагматичный до ужаса, да еще и в логике мне не откажешь, но перестать нервничать при этом не мог. Потому когда раздалась стандартная мелодия, которую я и не думал менять, сразу же схватил телефон в руки. К моему невероятному сожалению, номер на дисплее был незнакомым.

— Слушаю.

— Сова, сова, я береза, как слышите?

— Вера? — у меня сердце чуть в пятки не ушло. — Что это за номер?

— Па, одноразка. У меня хватило ума не звонить со своего. Кстати, его можешь удалить, пришлось выбросить. Жаль, номер был красивый.

Я чертыхнулся. Вот мне, уж на что опытному и прожженному товарищу, на это ума не хватило. Правильно говорят, что ты можешь быть самым лучшим в мире полицейским, но это не значит, что когда придет время — ты совершишь идеальное преступление. Теперь я хотя бы понимаю, почему прокалываются самые прошаренные злодеи. Потому что все живые люди и испытывают эмоции. Я вот прокололся, когда дело коснулось дочери.

— Молодец. Как там, все в порядке?

— Да, родственника встретили, едем отдыхать.

— Проблем не возникло?

— Нет, он как-то сразу проникся нашей пенитенциарной системой и не стал упираться.

— Да, тюрьма меняет людей. Я вот раньше был белым…

Наверное, это нервы, поэтому мне пришел в голову старый фильм молодости с Лесли Нильсеном в главной роли. Хорошо, что дочка все поняла, потому что смотрела его со мной.

— Короче, все огонь, дело полностью закрыли за отсутствием состава преступления. По обеим статьям. Я даже не знаю, как это вообще возможно.

— Я, если честно, тоже. Главное, что сработало.

— Короче, па, как сядем, я звонить не буду, это палево. Пришлю в телеге с нового номера самоуничтожающееся сообщение.

— Хорошо, — ответил я, подумав про себя, что молодое поколение, как бы его ни ругали, всегда будет умнее и продвинутее стариков. И с этим ты ничего не сделаешь.

— Все, отбой. Береги себя.

— Ты тоже.

Повесив трубку, я подождал минут десять — единственная фора, которую мог дать дочери, после чего позвонил Ридигеру. Больше ждать было нельзя, потому что мой «заказчик» явно бы начал нервничать.

— Я выполнил то, что вы просили, — вместо приветствия сказал Александр Германович.

— Да, я знаю. Поэтому, как только вы захотите поговорить, я готов…

— Скоро буду, — сказал он и отключился.

Конечно, я очень надеялся, что Ридигер скажет, что сейчас поздно и лучше встретиться завтра. Но это было сродни мечтам познакомиться на улице с красивой высокой блондинкой, которая скажет, что ты именно тот, кого она искала. С такими мыслями обычно засыпают подростки в пубертате, не в силах думать о чем-нибудь другом.

Понятно, что Александр Германович, только и живший желанием узнать, что стало с его сыном, не сможет ждать ни минуты. Но надо же мне на что-то надеяться? Помнится, во времена моей молодости самое быстрое из Твери до Ржева я добирался час двадцать пять. Но тогда и машин ездило меньше, и я был горячий, а про отсутствие камер и говорить не приходится.

Ридигер постучал в мою дверь через час десять. Уж не представляю, что он там сказал своему водителю и какому риску подверг других автолюбителей. Но приехал на грузном, похожим на объевшегося бегемота, «Кадиллаке» (интересно, сколько в его автопарке машин?), который стоял рядом с моими воротами. И без многочисленной охраны, что свидетельствовало о том, что он очень уж торопился.

— Проходите, — пригласил я его, машинально взглянув на телефон.