Прихоть

Громко всхлипнув, я побрела в ванную. Там, почти машинально запершись, дрожащими пальцами оторвала несколько кусков туалетной бумаги и обмотала руки. Боль была острой, зато отвлекающей от бурных эмоций. Прислонившись к стене, я сползла по ней и села на пол, давая волю слезам. А вместе с ними хлынули и воспоминания. Яркие и болезненные, как эти порезы.

Три года назад. Это был громкий, пафосный клуб в центре города, куда наша небольшая компания – я и несколько одногруппниц – приехали, чтобы отметить успешную сдачу госэкзамена. Мы чувствовали себя взрослыми, самодостаточными, и на волне триумфа, хотя наши скромные платья и туфли на каблуках, купленные на распродаже, говорили об обратном.

Воздух был густым от смеси духов, пота, алкоголя и дорогого табака. Музыка била в виски, стробоскопы слепили, но мне нравилась эта атмосфера хаоса. Я пробиралась через танцпол к барной стойке, держа в руке почти пустой бокал коктейля. То, что бармен назвал «Мохито», было больше похоже на газировку с мятой, но мне хотелось еще, а официанты не спешили подходить к нашему дальнему столику.

В толкучке меня кто-то резко пихнул в спину. Я не упала, но врезалась в парня и мой бокал, полный льда и остатков коктейля, перевернулся прямо на белоснежную, безукоризненно отглаженную мужскую рубашку. На ткань, которая даже на ощупь кричала о цене, недоступной моему пониманию.

– О, блин… Простите!

Я отпрыгнула, как обожжённая, бокал выскользнул из рук, но светловолосый, солидный незнакомец ловко поймал его. Мазнул взглядом по испачканному рукаву, затем посмотрел на меня и улыбнулся. Не саркастично и снисходительно, а широко, открыто так, почти по-мальчишески, отчего в груди екнуло.

– Ничего, – игриво отмахнулся он бархатистым, низким голосом. – Это не самая любимая рубашка. Спасибо за эксклюзивный принт!

– Я заплачу за химчистку!

Сказала и тут же почувствовала себя глупо.

– Забудь, – успокаивающе отозвался незнакомец, протягивая мне стакан. На его запястье сверкнули часы, которые могли стоить как моя будущая годовая зарплата. – Лучше скажи, как тебя зовут?

Я кокетливо склонила голову набок.

– А зачем?

– Попрошу охрану внести тебя в черный список, – с нарочитой серьезностью ответил он.

Мои губы дернулись в кривой улыбке, хотя я понимала – парень шутил. Но не удивилась бы, узнав, что он лично знаком с хозяином клуба…

– Захар! – без вступлений представился шутник, протянув руку.

Знакомство завязалось моментально. Он проводил меня к бару, затем к столику, где мы обменялись номерами. А как только отошел, девчонки перестали сдерживаться и накинулись на меня как воробьи на семечки: «Ты знаешь, кто это?!!», «Ну ты даешь, Мийка… Такого мужика подцепила! Прямо как в сказке»

В сказке о Золушке. Захар оказался сыном известного бизнесмена Игнатова и завидным холостяком в городе. Он был из того сияющего, недосягаемого мира, который мы наблюдали только через экраны смартфонов. Богатый красавчик, персонаж сплетен и предмет мечтаний.

Ему было двадцать семь, и от него веяло не юношеской бесшабашностью, а уверенностью состоявшегося мужчины. Но я все равно ни на что не рассчитывала. Даже наоборот, узнав о популярности нового знакомого, решила, что мне не стоит связываться с ним. Ведь я стану очередным развлечением, которая скрасит его пресыщенную вниманием жизнь. Между тем я жаждала чего-то более серьезного от будущей половинки, учитывая, что в двадцать три все еще оставалась девственницей.

Но мои опасения и осторожность быстро растворились в череде событий. Интерес Захара оказался не мимолётным флиртом. Это было целенаправленное, мощное внимание. Цветы регулярно приходили в общежитие, иногда прямо в аудиторию во время пары, вызывая перешёптывания у одногруппников. Не просто букеты, а композиции, произведения флористического искусства, с лаконичными карточками.

Он знал моё расписание. Его нелюдимый водитель в строгом костюме иногда ждал у выхода из института, чтобы отвезти меня в модное кафе, где уже был забронирован столик. Захар задавал вопросы о моей учёбе на факультете архитектуры и дизайна, о планах на будущее, и слушал так внимательно, с таким неподдельным интересом, будто моя жизнь была самой увлекательной темой в мире. В его глазах я видела не только желание, но и уважение. И это пьянило покруче алкоголя.

Через месяц, за ужином в тихом, невероятно дорогом ресторане, он сказал: «Хочу познакомить тебя с моими родителями» Причем это не звучало как вопрос, а как спокойная и уверенная констатация. Я сразу занервничала, но не могла отказаться.

Его мать, Валентина Игнатова, была похожа на ледяную скульптуру в гостиной их особняка. Она встретила меня беглым, оценивающим взглядом, который, казалось, просканировал стоимость всей моей одежды, обуви и перспектив разом. При том, что Захар лично купил мне платье для этого вечера.

Её рукопожатие было быстрым и сухим.

– Милана? – переспросила женщина, будто намеренно исказив имя.

– Мия, – вежливо поправила я, чувствуя, как сжимается желудок.

Но вот отец Захара, Аркадий Игнатов, был другой породы. Мощный, с умным, пронзительным взглядом, он не встречал по одежке и не светился любезностью. Он допрашивал: «На кого учишься?», «Какие карьерные планы?», «Какие приоритеты в жизни?», «Уже думала о детях?». Вопросы были жёсткими, почти экзаменационными и порой очень личными. Я безумно смущалась, спотыкаясь, но на волне адреналина отвечала открыто. В том числе: что несмотря на свою страсть к будущей профессии, семья и планирование ребенка были бы для меня в приоритете.

Отец Захара ничего мне не ответил, но я уловила одобрение в его взгляде. И проводил он нас очень тепло, даже как-то по-родственному. В тот вечер я была переполнена обнадеживающим ликованием. Меня проверили… И, кажется, приняли, судя по довольному лицу Захара по дороге домой. Хотя он мне даже не помогал, как будто ему было важно, чтобы я справилась сама. Тогда я не осудила его, а наоборот посчитала, что это серьезнее любой романтики.

Дальше все складывалось как в красивой киноленте. Захар казался не просто влюбленным, а таким, словно уже все решил. Он был щедр, изобретателен, относился ко мне бережно и искренне. Делал роскошные сюрпризы: вертолётная прогулка над городом, ужин в закрытом клубе, куда я прошла только по его имени, билеты в первом ряду на концерт популярного певца...