Страница 33 из 52
Глава 32. ВЫБОР МАКСИМА
Максим Орлов ненавидел больницы.
Он понял это в тот момент, когда второй раз за неделю оказался в одной из них.
Белые стены.
Слишком яркий свет.
Запах лекарств.
И люди, которые говорили тихо, будто громкий голос мог разрушить чужую жизнь окончательно.
Максим сидел в коридоре, опустив локти на колени.
В руках он сжимал телефон.
На экране было последнее сообщение от Алисы.
Всего несколько слов.
«Я в порядке».
Он перечитал их, наверное, раз двадцать.
И ни разу не поверил.
Потому что после всего, что произошло, слова «я в порядке» перестали что-либо значить.
Особенно когда их говорила Алиса.
Она всегда была в порядке.
Когда боялась.
Когда злилась.
Когда оставалась одна.
Когда ей было больно.
Она могла стоять прямо даже тогда, когда внутри всё рушилось.
И именно это пугало Максима больше всего.
Дверь в конце коридора открылась.
Максим поднял голову.
Вышел врач.
— Максим Орлов?
Он вскочил.
— Да.
— С ней всё будет хорошо.
Максим замер.
И только через несколько секунд понял, что всё это время почти не дышал.
— Точно?
Врач посмотрел на него спокойно.
— Ей нужен отдых. Несколько дней наблюдения. Но серьёзной угрозы сейчас нет.
Сейчас.
Максим ненавидел это слово.
Сейчас.
Будто завтра всё снова могло измениться.
— Я могу её увидеть?
— Ненадолго.
Максим кивнул.
Он сделал шаг к двери.
— Максим.
Он остановился.
Обернулся.
В конце коридора стоял Александр Орлов.
Его отец.
В дорогом тёмном пальто.
С идеально спокойным лицом.
Будто он приехал не в больницу, где едва не погибла девушка, важная для его сына.
А на очередную деловую встречу.
Максим почувствовал, как внутри мгновенно поднимается раздражение.
— Что ты здесь делаешь?
Александр медленно подошёл ближе.
— Мне сообщили, что произошло.
— Кто?
— Неважно.
— Для меня важно.
Отец остановился напротив.
— Ты не отвечал на звонки.
— Потому что не хотел разговаривать.
— Это заметно.
Максим усмехнулся.
Но в улыбке не было ничего весёлого.
— Тогда зачем приехал?
Александр посмотрел на дверь палаты.
— Как Алиса?
— Ты правда спрашиваешь?
— Я знаю, что произошло.
— Нет.
Максим сделал шаг ближе.
— Ты знаешь только то, что тебе рассказали.
Лицо Александра почти не изменилось.
Но Максим слишком хорошо знал отца.
Он заметил.
Напряжение в глазах.
Всего на секунду.
— Ты опять собираешься обвинять меня?
— А у меня есть причины.
— Максим.
— Нет.
Он покачал головой.
— Не сейчас.
Александр посмотрел на него внимательно.
— Именно сейчас.
Максим отвернулся.
— Мне нужно к ней.
— Мы поговорим.
— Нет.
Отец нахмурился.
— Что значит «нет»?
Максим снова посмотрел на него.
И впервые за долгое время не почувствовал привычного желания объясняться.
Доказывать.
Оправдываться.
Он устал.
От разговоров.
От запретов.
От чужих решений.
От того, что его жизнь всегда будто уже была расписана кем-то другим.
— Это значит, что я не хочу разговаривать.
— Ты ведёшь себя как ребёнок.
Максим усмехнулся.
— Конечно.
— Не начинай.
— А что мне начинать?
Голос Максима стал громче.
Несколько человек в коридоре обернулись.
Но ему было всё равно.
— Ты годами решал за меня всё.
— Я пытался дать тебе лучшее будущее.
— Нет.
Максим покачал головой.
— Ты пытался дать мне будущее, которое нравится тебе.
Александр застыл.
— Ты не понимаешь, о чём говоришь.
— Возможно.
Максим сделал глубокий вдох.
— Но я понимаю, чего больше не хочу.
Отец смотрел на него молча.
И это молчание было хуже любого спора.
Потому что Максим знал.
Сейчас Александр снова скажет то, что говорил всегда.
Что Максим слишком эмоционален.
Слишком молод.
Что однажды он всё поймёт.
Что отец знает лучше.
Но Александр сказал другое.
— Это всё из-за неё?
Максим медленно поднял взгляд.
— Что?
— Алиса.
Максим сжал челюсть.
— Не смей.
— Я просто спрашиваю.
— Нет.
Он подошёл ещё ближе.
— Ты не просто спрашиваешь.
Александр вздохнул.
— Максим, эта девушка появилась в твоей жизни несколько месяцев назад. И с тех пор ты перестал слушать разум.
— А может, я впервые начал его слушать?
— Она втянула тебя в опасную историю.
Максим рассмеялся.
Коротко.
Холодно.
— Она?
— Не переворачивай мои слова.
— Она не просила меня вмешиваться.
Александр замолчал.
— Я сам выбрал.
— Ты ничего не обязан выбирать.
Максим посмотрел на него.
И вдруг почувствовал странное спокойствие.
Потому что именно в эту секунду всё стало удивительно простым.
Он действительно никому ничего не был обязан.
Ни семье.
Ни фамилии.
Ни ожиданиям.
Даже хоккею.
Максим любил лёд.
Любил игру.
Любил скорость.
Тот момент, когда весь мир исчезает и остаётся только площадка.
Но в последнее время даже хоккей перестал быть только его выбором.
Сначала — тренировки.
Потом — контракты.
Разговоры с агентами.
Планы.
Будущее.
И всегда где-то рядом был голос отца.
Ты должен.
Максим вдруг понял, как сильно ненавидит это слово.
Должен.
Он больше не хотел жить так.
— Ты прав в одном, — тихо сказал Максим.
Александр нахмурился.
— В чём?
— Я действительно ничего не обязан выбирать.
Он сделал паузу.