Лорд Громового Утеса

Глава 3 Громовой Утес

Остаток дня Кристина провела за сборами. Она решила все же рискнуть и отправиться в поместье лорда Громового Утеса.

Да, она любила простую и понятную обыденность, а неизвестность ее пугала. В неизвестности всегда таилась загадка, а вместе с ней и ощущение опасности. Но прежние будни не вернуть. Никаких больше выступлений в театре и прогулок по витиеватым улочкам любимой столицы. Несмотря на страх, Кристина понимала: иногда перемены несут с собой не только плохое, но и хорошее. Ей отчаянно хотелось верить, что она заслужила хорошие перемены. Хотелось верить и в то, что господин Лерой действительно столь высоко оценил ее голос, чтобы не сметь ее чем-то обидеть в дальнейшем. Да и условия договора ее вполне устраивали.

На следующее утро сестер Ренард ждал экипаж, запряженный четверкой породистых лошадей.

— А где же мистер Нейтон? – спросила Кристина, как только кучер закрепил ее чемоданы позади кареты. Пожитков у них было немного, а все лишнее она отнесла к старьевщику, выручив несколько монет.

Кучер распахнул перед девушками дверь экипажа.

— Мистер Нейтон отбыл на рассвете, – ответил он и представился: – Мистер Уиткинс, к вашим услугам.

Сестры Ренард слегка кивнули и сели в карету. Когда дверь за ними закрылась, Луиза, осматриваясь, восторженно пропищала:

— Т-ты только посмотри, к-как здесь красиво!

— Что есть, то есть, – согласилась Кристина, устраиваясь поудобнее.

Для двух девушек места оказалось предостаточно. Сиденья, обитые бархатом, были непривычно мягкими. Обычно в городских дилижансах сиденья потертые и продавленные, отчего даже короткая поездка по брусчатой дороге кажется невыносимо долгой. Здесь же все представлялось предельно удобным.

Дорога до Громового Утеса предстояла дальняя: нужно было проехать несколько графств, а это, как правило, занимает не менее четырех дней. Сестры Ренард никогда еще не покидали Раканту надолго и тем более не уезжали столь далеко.

Они ехали в карете почти целый день, совершая только редкие короткие остановки, чтобы размяться и справить нужду, и лишь под вечер остановились в придорожном гостевом доме.

— Здесь чисто и вкусно кормят, – сказал мистер Уиткинс, открывая перед ними дверь в гостевой дом и позволяя пройти вперед. – А еще отменное обслуживание.

Он ничуть не солгал: обстановка и правда оказалась приятной. На первом этаже располагался небольшой трактир. Полыхавший камин хорошо прогревал помещение. Народу было немного, поэтому стояла приятная тишина, нарушаемая лишь треском огня, редкими перешептываниями да звяканием посуды.

Отужинав печеным картофелем и тушеной олениной, девушки отправились спать.

— Ваша комната. – Хозяйка гостевого дома улыбнулась, любезно проводив их до двери. – Горячую воду сейчас принесут. Желаю вам приятного вечера и сладких снов.

Поклонившись, она удалилась.

Небольшая, но вполне уютная комната с двумя мягкими кроватями привела Луизу в восторг. Девушка запрыгнула на кровать и принялась скакать по ней, чем не на шутку встревожила старшую сестру.

— Лу, прошу тебя, не надо прыгать! – взмолилась Кристина. – Ты же больна!

— Ой, д-да будет тебе! – веселилась Лу. Похоже, она задалась целью достать руками до потолка. – П-посмотри, как здорово! П-попробуй сама.

— Ну уж нет. Кто-то же должен оставаться взрослым.

Луиза показала сестре язык.

Следующий день был донельзя похож на предыдущий, как и дальнейшие два дня.

— Осталось совсем немного, миледи, – сказал кучер, когда девушки попросили его сделать еще одну короткую остановку, чтобы размяться. Несмотря на удобные сиденья, от долгого пути ноги затекли, а поясница не на шутку разболелась.

О том, что они приехали в северные земли, свидетельствовала сама природа: суровые тучи, бескрайние холмы, пробирающий до костей ветер да моросящий дождь. Он шел сутки напролет.

В северных землях все было иначе: маленькие неприметные города, небогатые гостевые дома, содержащиеся в жутких условиях. И хотя лорд Громового Утеса явно не поскупился, чтобы обеспечить сестер в пути всем необходимым, значительно улучшить условия в комнатах, где им приходилось останавливаться на ночлег, было невозможно. Радовало одно: уже завтра они должны прибыть в поместье Крейгана Лероя.

Финальный отрезок пути дался особенно тяжело. От непрекращающегося дождя дорогу совсем размыло, поэтому карета ехала медленно, поскрипывая и опасно покачиваясь. То и дело под колеса попадали крупные камни, и экипаж подбрасывало.

Вскоре сестры Ренард, жительницы южных земель, так замерзли, что жались друг к другу, боясь заболеть. В какой-то момент Кристина начала жалеть о том, что отважилась на столь дальнюю поездку, но в то же время она благодарила Бога за то, что Луиза за весь путь только два раза испытала приступ. Оба приступа случились на природе, так что никто, кроме кучера, не слышал душераздирающих криков. Если бы подобное произошло в гостевом доме, проблем было бы не избежать. Ни постояльцы, ни сами хозяева не стали бы терпеть громких воплей, возникших невесть отчего, поэтому их попросту выставили бы за дверь посреди ночи.

— В-вот видишь, смена об-бстановки мне н-на пользу, – сказала Луиза, обнимая замерзшую сестру. – Даже н-не переживай з-за меня!

— Лу, глупышка, я всегда буду за тебя переживать.

— Прибываем! – известил кучер, когда карета свернула на гравийную тропу и проехала через высокие кованые ворота. За ними тянулся кирпичный забор, будто бы до самого горизонта.

— Ох, н-ну наконец-то, – выдохнула Луиза, высовываясь в окно. – Н-ничего с-себе!

Отсюда уже виднелся фамильный особняк Лероев – громадный и готический, выложенный серо-коричневым кирпичом. Почти что замок. Строгая геометрия, вытянутые стрельчатые окна, цветные витражи. Особняк казался зловещим. Две его высокие башни врезались в тяжелые низкие тучи острыми шпилями. Несколько каменных гаргулий, восседая на карнизах черной крыши, хмуро взирали вниз пустыми глазами. Кудрявый плющ с покрасневшими, медленно осыпающимися листьями заботливо обвивал одну половину шестиэтажного особняка. Он был чересчур огромным для одной семьи, пусть даже немаленькой.

Подавшись вперед, Кристина смотрела в окно и не могла отделаться от мысли, что ее окружает нечто потустороннее. Беспокойство кралось по позвоночнику мелкими крупинками пота.