Страница 17 из 93
Что ж, некие предварительные итоги подвести уже можно. Это факт. В частности, ничего похожего на встроенные шкафчики либо сейфы я не обнаружил. Сплошной экранирующий слой с минимумом прорех. Да их, по факту, всего две — дверь и вентиляционный короб. Тоже, кстати, облепленный экранирующей пленкой типа фольги. Опасались наведённых помех? Или, наоборот, защищали остальные «посты» от влияния дикого компьютерного фьюжна? Скорее всего, и то, и другое. И это само по себе наводит на размышления. Вернее, навело бы, не зияй память многочисленными прорехами. Кои, между прочим, пока не спешили заполняться инфой, поскольку новых имён собственных, кроме уже мелькавших «W. A. S. P.» и «Bio2Q», на глаза не попадалось. А те, что красовались на антиквариате, вообще никаких ассоциаций не вызывали. По той простой причине, что представляли собой ниппонскую иероглифическую вязь. То бишь поставщики у айтишника специфические. Возможно, как и он сам. Пока не получу доступа к досье, так и не узнаю — фоток тоже нет. Если только «дежурку» пошерстить… но это ещё успеется. Если вообще сподоблюсь.
Однако в журнале учёта матценностей чётко сказано: «нейр» гостя передан на изучение айтишнику в «пост три». И никаких других пометок, то бишь на ответственное хранение в склад гаджет не поступал. Итого, ищем здесь. Первый вариант — какое-то неочевидное место, из тех, что на самом виду. Но ничего подозрительного визуальным осмотром я так и не выявил. Ни какой-нибудь статуэтки, к которой можно было бы пришлёпнуть «кругляш» приблуды, ни баночки, ни даже стакана для канцелярки — ни-че-го. Ну не таскал же айтишник мой «нейр» на себе⁈ Смысл-то какой в этом? Самый, между прочим, надёжный способ гаджет заблокировать и перевести в режим консервации. Или вообще активировать протокол защиты, первым шагом подразумевающий сброс настроек до заводских, что по определению означает утерю ценного источника информации. Исключено. И что же у нас остаётся? Из того, что всегда под рукой, то есть в зоне доступа? Правильно — рабочий стол. Вернее, его немногочисленные ящики. Выдвижные, и, что самое приятное, без малейших признаков замочных скважин. А значит, если замки в них и предусмотрены, то исключительно магнитные. Которые в данный момент обесточены, то бишь не работают. Потому что какие тут ещё могут быть магниты, кроме электрических? Явно же не постоянные, правильно?..
— Правильно! — удовлетворённо хмыкнул я, рухнув в кресло и с первой же попытки легко выдвинув ближайший, он же верхний, ящик.
Странно, кстати, потому что в дверях обесточенные замки блокировались в запертом положении. Впрочем, там они и не магнитные, а самые что ни на есть механические, просто с электрическим сервоприводом.
А вот содержимое ящика, увы, ничем не порадовало, хоть в первый момент я и замер в предвкушении, поскольку взгляд мой сразу же наткнулся на неряшливую стопку писчего пластика и аж две малоформатные записные книжки. Но уже в следующую секунду пришло осознание, что и тут вся писанина исключительно иероглифическая. И это факт. Впрочем, ещё на что-то надеясь, я поковырялся в стопке и даже мельком пролистал блокноты — но только чтобы убедиться в собственной правоте. Да, помимо иероглифов наличествовали и некие загадочные схемы, но, по правде говоря, от иероглифов они недалеко ушли. Единственная ассоциация, возникшая в голове — черновые наброски каких-то компьютерных сетей, не исключено, что обособленных локалок. Например, для каждого из «постов». Впрочем, пофиг.
— Ниппонец, — хладнокровно констатировал я, вернув верхний ящик на законное место и выдвинув следующий.
С аналогичным результатом, разве что к невнятным записям добавились ещё и упаковки от лапши быстрого приготовления. Разумеется, тоже ниппонской, то есть абсолютно мне незнакомой.
— Свин, — резюмировал я, вляпавшись пальцами в повреждённую упаковку с каким-то специфическим соусом.
Точно соусом, а не «соплями». Да, уверен. Но перчатку — чисто на всякий случай — тщательно обтёр найденными здесь же влажными салфетками. Впрочем, к текущему моменту уже безнадёжно пересохшими, так что пачку обратно в ящик я забросил с толикой раздражения и чуть сильнее, чем следовало. И знаете что? Парадоксальным образом нервяк пошёл мне на пользу, поскольку среди завала обёрток с иероглифами мелькнул вполне узнаваемый латинский шрифт…
— Поймал! — ухмыльнулся я, подцепив пальцами что-то вроде упаковки-блистера, только не от таблеток или капсул для приёма «пер орально», а от самого натурального шприц-тюбика.
Такого, знаете, как в армейских аптечках водятся. К сожалению, мой блистер оказался разорван и пуст, так что самого препарата мне не досталось. Но зато удалось тщательнейшим образом изучить маркировку. И да, помимо иероглифов, на ней наличествовала лаконичная надпись на бриттише — «Serum». Та самая, что привлекла внимание. Серум, ха! Или, что вернее, сирэм — сиречь «сыворотка» в значении «медицинский препарат». А вот зачем и для чего она, так и осталось тайной. Даже после того, как я дополнительно прошерстил содержимое ящика и обогатился-таки ещё парочкой образцов, правда, предназначенных для приёма внутрь, а не для внутримышечных инъекций. Этакие колбы не колбы, склянки не склянки, а нечто среднее. И каждая порция (или доза?) в своей упаковке. Впрочем, пофиг, потому что яснее не стало. Я даже не знал, какого цвета жидкость. Да и жидкость ли? Может, вообще порошок! Либо желе. Однако дербанить упаковку из досужего любопытства не стал, просто бросил добычу на стол и пока что от неё абстрагировался. До поры, до времени, разумеется.
Что ж… ещё одна попытка! Давай, неряшливый ниппонец, не подведи!