Страница 39 из 77
— Ваня, я тебе тут кое-чего собрала, — зашептала она, оглядываясь по сторонам. — Там сахар, крупа, пару банок тушёнки, хлеб и сало. И соли коробок. Оксана-то твоя, небось, ещё ничего не запасла, а в доме завсегда должно быть, чего покушать, ёксель-моксель. Гости придут — а угостить нечем? Не по-людски это!
— Зин… — начал было я, но она меня перебила.
— И не вздумай отказываться! Я ж на вас обоих паёк выписала, командировочный. Всё честь по чести. А то ишь ты — жить в пустой квартире, с одними обоями, и без крошки хлеба! Где это видано?
— Спасибо, Зин, — сказал я искренне.
— Да не за что! — отмахнулась она и, уже уходя, добавила через плечо: — Ты, главное, Оксю-то не обижай мне, понял? А то я тебя лично той сковородкой огрею, на которой яичницу жарю!
Улыбка моя стала шире, хотя и вопреки логике. Тем чудовищем размером с колесо от большой телеги, на котором товарищ Плетнёва умудрялась исполнять глазунью промышленных масштабов, меня можно было вогнать в землю по пояс. Это если без замаха. Если бы она приложилась от всей души — я бы, пожалуй, и Австралию насквозь пролетел, и в открытый космос вышел с обратной стороны Земли первым, вперёд Леонова.