Чтоб ты подавился!

Мне не хотелось перечислять все, что здесь случилось, учитывая, что непосвященному это покажется полной бессмыслицей, к тому же мы подписывали соглашение о неразглашении. Но я все же рассказал ей про яхту, зная, что Люси повеселится.

Когда я уже приблизился к самому интересному – как Кристофер вывалился за борт, – она меня перебила:

– Кстати, совсем забыла сказать. Папа говорил, что видел, как Карла выскользнула из черного хода Сената прямо в Люксембургский сад. Видимо, у нее была встреча с кем-то из сенаторов, а имени я не запомнила.

Я застыл на месте. Карла встречалась с сенатором?

– В любом случае… – сказала Люси, нарушая тишину. – Когда ты вернешься?

– О, э… Наверное, сегодня вечером. Или завтра утром.

– Что у вас запланировано на оставшийся день? – спросила она.

– Кажется, кулинарный конкурс.

– Что это за собеседование такое? – спросила она.

– Я расскажу тебе, когда сам пойму.

– И что будешь готовить?

– Что-нибудь французское? – спросил я, размышляя вслух.

– Почему бы не сделать ей какой-нибудь невероятный бургер? Она выглядит так, словно не ела ничего калорийного уже несколько лет. Или, может, приготовишь мамину жареную курочку, обмазанную пахтой? Покажи ей свои американские корни.

При упоминании маминой курочки у меня потекли слюнки.

– А знаешь что? Думаю, это будет идеально, – сказал я. Скорее всего, Карла не ела жареной курицы с тех пор, как покинула Штаты.

– Ну что, теперь, когда я тебя так выручила, я пойду! – И она со спокойной душой отключилась. Хотел бы и я чувствовать себя так же.

Я сделал эспрессо и вернулся мыслями к Карле в Сенате. Что она там делала? Один из слухов гласил, что она встречалась с президентом Сената, который годился ей в отцы. Говаривали, что у нее слабость к мужчинам, занимающим высокие посты. Может, она снова с ним? Или этот роман послужил толчком к написанию мемуаров. Неужели она решила на опережение опубликовать свою правду? Или она, наоборот, пытается что-то скрыть?

Глава 34

Раскаленная кухня – Хлои

Нервничая, я спускалась по лестнице, не зная ни куда мне идти, ни кого я встречу по пути на кухню. Такое странное чувство – быть в чужом доме, даже не зная, что тебе уготовили и куда подевались все остальные.

На мне была поварская куртка – кстати, весьма милая, – а в задний карман джинсов я заткнула шпаргалку с рецептами. Я была готова. Или вроде как готова. Я сделала глубокий вдох и пообещала себе, что все будет хорошо, даже если сегодня все пройдет не слишком удачно. Жизнь за стенами виллы Карлы все равно продолжится. Земля вращалась по своей орбите, и там, снаружи, меня ждала жизнь, которой я до недавнего времени была вполне довольна. Но теперь образ Карлы манил меня, как подвешенная перед осликом морковка, и я была намерена эту морковку заполучить.

Макс ждал меня у подножия лестницы и оттуда проводил в кухню. Первым делом я приметила две мужских спины.

Двое мужчин. Ни одной женщины. Белль не было.

Белль не было!

Карла стояла в противоположном конце комнаты в поварской куртке. Ее глаза горели восторгом. Она улыбнулась, заметив меня стоящей возле Бальтазара и Генри.

– А теперь, когда все собрались, – начал Макс, присоединившись к Карле, – я дам вам три ценных указания о сегодняшнем задании. Первое: у вас два часа времени. Второе: никаких вопросов. Третье: никаких запретов. Ваши рабочие станции проименованы, вы можете начинать.

Я посмотрела на Генри, желая узнать, удивлен ли он отсутствием Белль. Но он смотрел прямо перед собой.

Улыбнувшись, Карла хлопнула в ладоши.

– Пусть победит сильнейший повар! – возвестила она, пока мы хаотично носились по кухне.

Я проверяла наличие нужных приборов для готовки. Взволнованная, я хватала миксеры и миски. И только когда на пол упала ложка и все обернулись, я приказала себе успокоиться.

Секунду я постояла, пытаясь взять себя в руки. В голове звучало два вопроса: «Где, черт возьми, Белль?» и «Что, мать его, Макс имел в виду, когда сказал “никаких запретов”?»

Спрятавшись за кухонным островком, я вытащила телефон и открыла соцсеть. Нашла профиль Белль и отправила ей сообщение с вопросом, куда она задевалась, тихонько засунула телефон обратно в карман и начала собирать утварь и продукты для приготовления ламингтонских кексиков. Как я узнала из рецепта, на приготовление бисквитной основы уйдет полчаса. Если все пойдет по плану, у меня будет достаточно времени, чтобы сделать рыбный пирог, пока бисквит будет доходить в духовке.

Я не питала великих надежд на свое меню, но чувствовала, что если отлично приготовлю задуманное, то выполню главное условие – впечатлю Карлу. Я была обязана идеально приготовить блюда – плана Б у меня не было.

С колотящимся сердцем я поглядывала, что готовят другие. Генри выудил из-под своего островка неимоверное количество ингредиентов, а Бальтазар запасся таким мудреным кухонным оборудованием, какого я раньше не видела и тем более не пользовалась.

А что, если немного улучшить рецепт? Я поспешила к кладовой и холодильникам, чтобы поискать более роскошные ингредиенты. Может, удастся сделать закуску? Я заприметила икру, но это было не совсем мое. В голове без остановки крутились разные идеи, но у меня было всего два часа. И в итоге я решила придерживаться своего плана.

– Ты в порядке? – прошептал Генри, когда я проверяла настройки духовки.

– Наверное, да. Но не уверена, что поступаю правильно, – тихо ответила я.

– Смотря что в твоем понимании «правильно».

– Нечто, что произведет на Карлу впечатление, – напомнила я.

– Ты произвела впечатление на меня, – сказал он, и я не смогла сдержать тихий смех.

– Думаешь, сейчас подходящее время для подобных разговоров?

– Когда я нервничаю, начинаю говорить правду, – улыбнулся он.

– А ты как? В порядке? – спросила я, интересуясь и его рецептами, и его психическим состоянием. Я впервые видела, что он потеет.

– Нисколечко нет, – сказал он. – Я буду удивлен, если справлюсь с заданием.

– Пусть победит сильнейший повар! – сказала я.

– Пусть победит сильнейший повар, – ответил он, имитируя акцент Карлы. Я снова рассмеялась.

Я помотала головой и заставила себя сосредоточиться. Если я надеялась выиграть, надо было перестать отвлекаться. К тому же что, если Генри нарочно меня отвлекает? Использует свой шарм, потому что у нас нет «никаких запретов»?