Чтоб ты подавился!

– Хотелось бы мне знать, почему я ни разу там не обедала, если это такое классное место?

– Надо будет собраться там после того, как все закончится и мы вернемся в Париж, – предложила Хлои.

Учитывая, что мы собирались бороться за одну и ту же работу, мы вели себя удивительно дружелюбно. И я задумался: а когда мы уже вцепимся друг другу в глотки?

Глава 21

Яхта – Хлои

Макс ехал в порт Антиб с ужасающей скоростью, едва не сбивая стены и пешеходов.

Нас наконец настиг дух соперничества – по окончании ланча вернулся Макс, хлопнул в ладоши и объявил, что в полдень мы едем на яхту и сами «будем ловить свой обед».

Нам предстояла рыбалка, во время которой мы должны были выудить нечто вкусненькое и сами разработать меню мечты из собственного улова.

Потом мы выберем лучшее меню, согласно которому нам приготовят обед. Мы понятия не имели, какое все это имеет отношение к приобретшему гигантский размах собеседованию, но приняли задание всерьез, может быть, еще и потому, что больше заняться нам было нечем.

Я оглядела сидящих в минивэне: большинство успели переодеться. Летние наряды и рубашки на пуговицах сменились бретонской морской полоской и – вот тебе раз – яхтенной обувью.

У меня, как обычно, ничего такого не было, и я надела парусиновые туфли, джинсы и простую майку. К счастью, мне нечего было доказывать собравшимся. Или, по крайней мере, я себя в этом убеждала.

По порту мы, слава богу, поехали чуть медленнее. Я пыталась вычислить яхту Карлы среди рядов сверкающе-белых хромированных плавучих красавцев. Ни один из них не был похож на лодки, на которых я рыбачила дома. Черт, многие из них сияли так, словно никогда не выходили в открытое море. Разброс размеров впечатлял: от яхт, что занимали огромные причалы, до суденышек, мирно качавшихся в их тени.

Когда мы наконец остановились и нам велели выйти из минивэна, мы увидели удивительно привлекательного мужчину, махавшего нам с яхты, очевидно принадлежавшей Карле. По сравнению с тем, что я себе представляла, ее яхта была меньше, но, боже мой, она была прекрасна – деревянная, с плавными линиями и кучей светло-зеленых подушечек, разложенных по скамьям.

La Présidente

[31]

[Президент (фр.).]

– было выписано на боку округлыми пышными золотыми буквами.

Судя по виду, яхта вмещала человек десять, но на ней совсем негде было уединиться. На одной из скамей стояли переносные холодильники, и еще я заметила лежащие у стропил снасти. Легкие, не те внушительные, к которым я привыкла.

«Ладно

, – подумала я, –

привыкну».

Капитан, что помог нам забраться на борт, был прекрасен, как и его судно. Загорелый, подтянутый, в идеальном обтягивающем поло и темно-синих шортах. Он представился как Грегорио, и я внутренне вся зарделась. Настоящий идеал мужчины.

Я представила, как рассказываю о нем Дрю, и решила, что друг ни за что мне не поверит. А потом вспомнила соглашение о неразглашении.

Грегорио ловко убрал лесенку, и мы отчалили. Яхта стояла задом к причалу, так что мы сразу почувствовали плещущееся под ней море. Оставалось надеяться, что у присутствующих крепкие желудки, – они же все-таки ресторанные критики, – но я знала, что не все приспособлены к морским прогулкам. Последнее, чего мне хотелось, – это лицезреть вернувшихся из небытия устриц и обед из трех блюд, весело плещущийся в волнах Средиземного моря.

Вскоре мы покинули порт, и перед нами расстилалась бескрайняя морская гладь, сверкающая, будто бриллиант. Полдень выдался изумительно солнечным. Легкий бриз резвился над водой, а солнце даже не думало начинать свой путь к горизонту. В воде дрейфовали лодки и яхты, – кто откажется от морской прогулки в такой отличный день? – и я немного заскучала по дому, по семейной лодке в Тасмании. Жизнь на море прекрасна.

Оглядев собравшихся, я подумала, что некоторых вообще не стоит пускать на борт. Джульетта чуть не перевалилась через снасти в попытке сделать селфи, а Кристофер знатно позеленел, и даже Макс не обращал на нас внимания, вперившись взглядом в горизонт.

Надо отдать Грегорио должное, он был великолепен и умело командовал своим судном. Кажется, капитан он и правда был отличный. Уверенный, надежный, приятно посмотреть.

Когда мы наконец бросили якорь, гораздо дальше от берега, чем я думала, тихий плеск воды и ласковое солнце немного меня убаюкали, и я успокоилась. Хотя продолжала напоминать себе, что я на собеседовании. Было бы гораздо проще расслабиться, если бы мы просто отдыхали.

И вот началась рыбалка.

Макс разделил нас на мужскую и женскую группы и поставил у противоположных бортов. Я оказалась с Белль и Джульеттой. И меня такой расклад вполне устраивал – я могла повеселиться с Белль и помочь ей с удочкой, потому что она призналась, что ни разу не рыбачила.

– Я думала калифорнийцы живут у воды, – прошептала я ей.

– Совершенно верно, но рыбалка не слишком популярное занятие в Венис-Бич. – В ее голосе сквозила паника.

– Разве? – спросила я, поскольку понятия не имела, чем вообще занимаются жители Венис-Бич.

Она громко рассмеялась, и Макс одарил ее холодным взглядом. Кажется то, что я считала развлечением, для него было вполне серьезно.

Джульетта оказалась таким же никудышным рыбаком, как и игроком в теннис. Зато она принялась флиртовать с Грегорио и любезно попросила его оказать ей

un peu d’aide

[32]

[Небольшая помощь (фр.).]

. Зря я волновалась за ее способность победить в этом соревновании.

Я украдкой обернулась на парней и с удивлением обнаружила, что Генри уже вовсю рыбачит. У него была отличная техника. Приятно посмотреть. Черт бы его подрал!

Но тут в игру вступил Бальтазар, скрестив удочку с Генри; теперь они оба выглядели врагами. Я тихонько хихикнула. Белль увидела, что я за ними подглядываю, и подняла брови.

Пока все были заняты своими делами, я размотала снасти свои и Белль, и мы, расслабившись, встали в ожидании клева.

– Грегорио, сюда! – позвал, махнув рукой, Кристофер. И хотя Кристофер ничего плохого мне не сделал, мне не было его жаль. Бедняга был единственным, кто еще не забросил удочку, и, когда Бальтазар и Генри уже вовсю рыбачили, тот не мог даже прикоснуться к живцу и устроил целый спектакль.

– Просто не думайте об этом, – подбодрил его Грегорио с сильным итальянским акцентом.

– Все не так плохо, – согласилась Джульетта, хотя сама даже пальцем не притронулась к живцу.