Страница 16 из 85
— Не знаю, такое не пишут, — оторвался от экрана компьютера врач. — Но, наверное, нет, так как находится в палате интенсивной терапии. Думаю, держат там на всякий случай, вдруг откажет сердце или не сможет дышать сам… — Врач посмотрел на неё. — Так редко, но бывает, но, насколько я вижу по снятым показателям, он может скоро очнуться сам.
— Можно мне к нему? — спросила София.
Врач заколебался, но потом всё же согласился проводить и «спросить у коллеги». Только попросил сначала переодеться в больничное. Так как у Софии ничего не было, ей выдали халат из нетканого полотна, примерно как одежда Тимура, попавшего в больницу с тем отравлением. Правда, они оказались не в Москве, а их увезли обратно в Орехово-Зуево, так как это ближе, чем до Москвы, и бригады скорой выехали именно оттуда.
— Новиков, ты чего сюда припёрся⁈ — услышала София переговоры врачей. Судя по голосу, дежурила в интенсивной терапии женщина, а когда к ней в коридор выглянула чуть заспанная девушка в халате и недовольно хмыкнула, София поняла, что это интерны или ординаторы. Возможно, учатся вместе.
— Там мой муж, можно к нему? Мы вместе в аварию попали.
— Муж? Не парень? Как-то ты молодая больно для замужества.
— Ниночка, ты разве не видишь, какая тут романтика, разреши девушке побыть рядом с любимым, ты же хорошая, — вмешался врач, который осматривал Софию.
— Мы молодожёны, женаты чуть больше месяца, — ответила София, стараясь не позволять себе слёз при чужой и какой-то враждебной докторице «Ниночке». — Но вообще-то нам есть по восемнадцать.
— Ладно, иди, только ничего не трогать руками. Не кричать, не верещать, там люди спят. О, кстати, надо на него документы заполнить, у него ничего с собой не было, сейчас принесу все бумаги. Кстати, я тебя как будто где-то видела… Ладно не важно…
Палата интенсивной терапии оказалась общей на восемь коек даже без ширм. Ник лежал с краю, опутанный проводами, которые, кажется, считывали его пульс. В носу зацеплены трубки, вроде бы они нужны для кислорода или чего-то тоже помогающего дыхания. Хорошо еще никаких масок или трубок в горле. Но всё равно всё это выглядело страшно.
— Ник, — тихо выдохнула София и взяла его за руку. Рука оказалась сухой, но какой-то слишком прохладной, словно у него озябли пальцы.
Какая ирония: она боялась какого-то проклятья, а с Ником могло произойти непоправимое… прямо сейчас.
— Он, скорее всего, скоро очнётся, — всё тем же недовольным голосом сказала докторица «Ниночка» после того, как София продиктовала данные Ника, которые знала, но и по ним его нашли в базе. — Значит, ты тоже после аварии? Нам сказали, что машина вылетела в кювет.
— Да, с нами был водитель, а с ним что, вы знаете? — София сжала руку Ника, пытаясь его согреть.
— Не знаю. Если к нам привезут, то сюда же положим, а может, в пятёрку в Москву увезут, если там что-то серьезное и требуется реанимация.
София просидела с Ником час, но Валерия так и не привезли.
— Может, к себе пойдешь? — с надеждой спросила докторица. — Тебя позовут, как он очнётся.
— Нет, я останусь с ним, — София держала Ника за руку и пыталась циркулировать поток, чтобы хотя бы немного передать силы мужу.
— Да у тебя же, вон, все глаза красные, ещё и тоже стресс, никуда он не денется. Иди поспи. Утром…
Прибор пискнул как-то иначе, и Ник открыл глаза, моргая.
— Ты жива! — выдохнул он и сжал её руку.
— Да-да, всё нормально, даже синяк от ремня уже начал рассасываться, — всхлипнула София, её переполняло чувствами от облегчения.
— Я тоже использовал силу, — с трудом ворочая языком, сказал Ник. — Как щит с выплеском потока, когда понял, что вылетаю. Ещё удивится успел, так как замки должны быть более надёжными, «Дунай» же. Так что просто большая потеря силы, я от души жахнул. И, кажется, я выдернул дверь и на неё приземлился.
— Понятно, — от сердца отлегло. — Я тоже не пострадала. Ты… Ты успел пристегнуть меня?..
— Успел, — улыбнулся Ник. — Но теперь будем ездить только пристёгнутыми, особенно по трассе.
— Хорошо, — сквозь слёзы улыбнулась София.
— Так, больной, я перевожу вас из палаты интенсивной терапии в обычную, — обрадованно сказала докторица. — Но сначала осмотр.
— А можно нам с женой одну палату на двоих? — озорно улыбнувшись, спросил Ник. — Можно оформить платную палату.
— Вообще-то такое в больницах не положено, у нас тут… не какие-то ночные отели, — возмутилась докторица.
— Мы женаты. И мы просто хотели быть вместе. Хорошо. Можно нам две платные палаты? Рядом?
В итоге после некоторых переговоров, к которым подключился доктор Новиков, которого «Ниночка» вызвала, им всё-таки организовали две платных одиночных палаты. И Ник просто пришёл «ночевать» к Софии. Больничная койка оказалась совсем узкой, и близко не сравнить с их просторными кроватями что дома, что в особняке Марковых, но они легли, обнявшись, и София моментально уснула. Даже во сне боясь отпустить Ника. Она хотела побыстрей напитать его силой, чтобы его слабость прошла, так что снова мысленно пыталась поделиться с ним и «запустить поток» сразу на два их сплетённых тела, и как будто что-то у неё получилось.
Утром их снова осмотрел врач, уже другой, так как врачи менялись после ночного дежурства. Отругали за нахождение в другой палате. Но Софии было всё равно. Одна бы она и не заснула, наверное.
Ник сказал, что чувствует себя «как новеньким», и София призналась в экспериментах с циркуляцией потока.
— Видимо, для более успешной циркуляции надо кому-то быть опустошённым, — кивнул Ник. — Раньше у нас не получалось сделать это полноценно. Спасибо, малышка. Люблю тебя…
Но помиловаться им не дала медсестра, которая пришла, чтобы взять кровь на анализы и выдать им банки для анализов мочи.
После проверок и анализов отправили в столовую, где кормили овсяной кашей, сильно разбавленным чаем и хлебом с небольшим количеством сливочного масла.
А где-то в девять часов, после завтрака, в больницу заявился Тимур. Причём приехал он с их телефонами и запасной одеждой.
— Слава богу, вы в порядке! — брат, видимо, от избытка чувств, налетел на Софию с обнимашками.
— Тебе вчера звонили? Ты, наверное, не смог в больницу попасть вечером, как мы к тебе когда-то?