Безнадежный

Глава 23 Бейли

Я не могу спать. Я пробовала.

Когда я закрываю глаза, я вижу Бо.

Я чувствую запах Бо.

Я чувствую вкус Бо.

Я слышу Бо.

Я чувствую, как руки Бо касаются меня, словно я действительно его. Я чувствую, как его член твердеет для меня.

Мой мозг все время занят Бо. Такое чувство, будто у меня застряла песня на повторе. Та, которую я не могу выкинуть из головы.

Мозг все время пропускает упоминание о том, что между Бо и мной ненастоящее.

Мило, как я, что выйти из режима мысленного бармена, чтобы заснуть, было трудно.

Но это хуже, чем ощущение круговорота всю ночь, которая обычно преследует меня в постели.

Намного хуже. Я нормально кружусь, и это нисходящая спираль, что я слишком возбуждена, чтобы остановиться.

Я проверяю свой телефон. Сейчас 1:54 ночи, и я установила будильник на шесть минут.

Так что нет смысла пытаться заснуть. Я намеренно готовлюсь к тому же, чтобы пройти по коридору и нацепить веселый вид. Один, где я притворяюсь, что не трогала его член в публике, на семейном мероприятии.

Я даже не уверена, здесь ли Бо. После ярмарки он проводил меня до дома, завел во внутрь и сказал, что идет к Кейду. Затем запер за мной дверь.

Итак, я осталась одна и предоставила себе. Своими порочными мыслями.

Моя голова превратила меня в кроличью нору того, как город раскрутит то, что мы сделали. Они сочтут меня дешевой шлюхой. А Бо будет бедным, грустным солдатом, который просто пытается найти свой путь. Они скажут, что я по праву выпускаю пар.

Я просто слышу, как старые девчонки, которые встречаются за утренним кофе в Ле Памплемус, будут говорить об этом.

Эта грязная девчонка Дженсен терзает бедного Бо Итона.

Благослови Бо. Благослови его доброе гребаное сердце. Для человека, который видел так много, он определенно надел розовые очки, когда дело касается меня и моей репутации.

Может быть, мы оба недооценили, насколько сильно этот город меня ненавидит, потому что я не думаю, что обещание его фамилии хоть как-то поможет.

На самом деле, это может ухудшить ситуацию.

С помощью этой помолвки я перемещалась по городу как тень. Теперь я передвигаюсь с большой чертовой мишенью на спине, ради чего следуют куча завистливых глаз, которые, кажется, следят за мной везде, куда бы я ни пошла.

Я падаю на спину и прижимаю ладонь к глазницам, готовясь встать с кровати. Мои руки опускаются, когда из коридора доносится звук будильника. Пронзительный повторяющийся сигнал на несколько мгновений нарушает тишину.. За ним следует грубое «Блядь», а затем тяжелые шаги.

Я лежу на спине, насторожившись и прислушиваясь.

Тихий щелчок двери. Более мягкие шаги. А потом.. тишина.

Я проверяю телефон. Сейчас 1:59 ночи. За минуту до моего будильника.

Клянусь, я считаю, что Бо стоит у моей двери. Мы задерживаем дыхание вовремя. Эти встречи в формате 2:11 негативно влияют на наш сон и способность здраво мыслить.

Легкий стук. Бабочки в животе.

— Бейли?

Мое сердце колотится. Это не рутина.

Это я поставила будильник. Я свешиваю ноги с кровати, и футболка, которая мне велика, падает до середины бедра, когда я ступаю на прохладный пол. Потянувшись к дверной ручке, я замираю. Не знаю почему. Бо не пугает меня и не заставляет чувствовать себя неловко. На самом деле, всё наоборот. Но у меня пересыхает в горле, а тело напрягается, как пружина. Если бы я не сжимала пальцами металлический рычаг, моя рука бы дрожала.

— Да? — спрашиваю я.

— Ты проснулась?

Я усмехаюсь.

— Это чертовски глупый вопрос для оператора первого уровня.

— Открой дверь, — ворчит он, явно раздражённый моим ответом.

Но кто меня может винить? Это был глупый вопрос.

Я открываю дверь и вижу своего большого глупого солдата. Его тело практически заполняет коридор, поглощая пространство и воздух. Он — силуэт в тёмном коридоре, освещённый мягким светом из его комнаты позади него. Загадочное присутствие Бо поглощает все тени вокруг него, прямо в его тьму.

Включая меня.

— Ты поставил будильник? — Я медленно приближаюсь к нему, вцепившись пальцами в дверной косяк, чтобы не упасть, как будто это может помешать мне дотянуться до него.

— Да, но мне это было не нужно. Я теперь каждый день просыпаюсь в два часа ночи.

— Но не в 2:11 же?

— Ну, я не знаю. Не успел.

Я покусываю нижнюю губу.

— Тогда почему ты продолжаешь позволять мне ставить будильник и будить тебя, чтобы поплавать?

Он пожимает плечами и опускает взгляд.

— Мне нравится плавать с тобой.

— Значит, ты просто лежишь и ждёшь, когда я постучу?

Его губы кривятся в озорной ухмылке.

— Да.

Я недоверчиво смеюсь.

— Бо Итон. Ты хоть представляешь, как сильно я устала?

Сейчас он выглядит таким мальчишкой, слегка расстроенным. Он не извиняется.

Вместо этого..

Он безмолвно благодарит.

Его толстая жилистая рука протягивается в пространство между нами, и моим глазам нужна минута, чтобы привыкнуть к тому, что я вижу в тусклом свете.

— Это..

Я протягиваю руку, пальцы касаются спутанной, почти шерстяной текстуры шубы моей плюшевой лошади.

— Я сшил ее.

Я отпускаю дверной косяк и беру игрушку обеими руками. Кончики моих пальцев пробегают по линии идеальных стежков по ее боку.

— Ты ее сшил.

Он трет свою бороду.

— Правильно. Ее. Ну.. теперь она Франкен-пони.

Слезы наворачиваются на глаза, и я быстро моргаю, чтобы отогнать их, не рискуя взглянуть на Бо. Я разрыдаюсь, если сделаю это.

— Я нашла ее в парке, забытой на скамейке. — Я снова провожу по линиям ниток и сухо смеюсь. — Теперь я знаю, что, скорее всего, украла игрушку у другого ребенка. Но, чувак, в тот момент? Боже. Казалось, что вселенная подарила мне что-то, что должно было быть только моим. Я не получила Барби или игрушек, но у меня была Принцесса Пич.

— Принцесса Пич?

Я фыркаю.

— Да. Где-то по пути это превратилось в просто Персики. Но я не собираюсь лгать и говорить, что я не чувствовала себя принцессой, разгуливающей с этой плюшевой игрушкой долгое время. — Я улыбаюсь маленькой бежевой лошадке. — Я думала, что она уже где-то на свалке.

— Пришлось перерыть три мешка мусора, чтобы найти ее. — Переносица саднит. — А потом пойти и купить набор для починки у Уиллы.

— Так вот почему ты пошел к Кейду? — Я наконец заставляю себя взглянуть на него, его грубые черты кажутся темнее в ночи.

Он пожимает плечами.

— Да. У Уиллы полно всякого рукодельного дерьма. Включая дополнительную набивку. Она стала полной мамой Марты Стюарт.